«Крест Чубайса» потерял актуальность

Возможные сценарии и перспективы развития электроэнергетики, пресловутый «крест Чубайса» и проблема избыточной мощности, судьба перекрестного субсидирования и неизбежный рост тарифов... Как одна из самых значимых для экономики отраслей реагирует на современные вызовы, обсудили участники конференции «Экономика и энергетика: формирование стратегии совместного развития», организованной ОАО «Челябэнергосбыт» при поддержке правительства Челябинской области и общественных организаций - Союза промышленников и предпринимателей Челябинской области и «Опора России». Кто получит Шнобелевскую премию? Фраза «мы живем в очень интересные времена» рефреном звучала в выступлениях экспертов и участников конференции. Казалось бы, еще недавно были расписаны стратегии на несколько лет вперед, но вмешались глобальные факторы – геополитический, макроэкономический, и тут же начались сомнения и метания. Председатель наблюдательного совета «Объединение энергопотребителей» Александр Виханский считает, что условия работы энергокомпаний в России скоро серьезно изменятся. Во-первых, из-за парадоксального сочетания – спрос на энергию падает, но при этом продолжается строительство генерирующих мощностей и сетевой инфраструктуры. «Все это делалось для того, чтобы обеспечить запас, потому что над нами висел «крест Чубайса» – считалось, что существующие мощности изнашиваются, выбывают из строя, при этом энергопотребление растет, и в какой-то момент может наступить коллапс, – поясняет эксперт. – Сейчас в условиях падения спроса эти прогнозы пересматриваются. Но если нас ждет реиндустриализация (поскольку экономика становится мобилизационной), то тогда потребление вновь может возрасти. Это интересная развилка». Во-вторых, влияние на деятельность энергокомпаний окажет создание общего рынка электроэнергии в рамках Евразийского экономического союза (ЕАЭС), пришедшего на смену Таможенному союзу. Соглашение об этом подписано в мае 2014 года, в октябре оно ратифицировано. Сейчас в ЕАЭС входят Россия, Белоруссия, Казахстан и Армения, с 1 января 2015 года присоединится Киргизия. В настоящее время подготовлен проект общего рынка, но это пока самые первые наброски. «Между тем требуется привести к единому знаменателю правовые режимы четырех (пока четырех!) стран, в которых регулирование весьма различно, – отмечает Александр Виханский. – По сути вся конструкция отрасли (нормативное регулирование, функционирование энергокомпаний, отношения с потребителями) будет если не строиться заново, то существенно модернизироваться». Сомнения насчет единого рынка электроэнергии высказывает и независимый эксперт по реформированию энергетической отрасли России, разработчик проекта малой энергетики России Джек Нюшлосс (США). «С тех пор как я начал работать в российской энергетике – в 2000 году, постоянно шел разговор о создании общего рынка между странами СНГ, и ничего не получалось, – вспоминает он. – Сейчас эта тема вновь всплыла... Если честно, не представляю, как можно объединить вертикально интегрированную Белоруссию, живущий на прямых договорах Казахстан и тот рынок, что есть в России, без фундаментального изменения структуры самой отрасли. Тут можно Нобелевскую премию по экономике заработать или скорее Шнобелевскую – за сомнительные достижения. Я не уверен, что господа Лукашенко или Назарбаев намерены менять структуру энергетики в своих странах». Сетевиков поставили в жесткие условия Доступ к энергоресурсам и возможностям инфраструктуры в этой отрасли – головная боль отечественного бизнеса. Совсем недавно Россия занимала 183-е (последнее) место в рейтинге доступности энергетической инфраструктуры. Это стало последней каплей, переполнившей терпение руководства страны – было дано поручение разработать дорожную карту по облегчению доступа к энергоинфраструктуре. «Фактически ставилась задача повернуть сетевые организации лицом к потребителю. К ним возникали вопросы и по доступности инфраструктуры, и по поводу раздувания инвестпрограмм, – рассказывает руководитель департамента взаимодействия с органами власти и субъектами электроэнергетики НП ТСО Даниэль Дмитриев. – Сейчас для сетевых компаний установили достаточно жесткие условия. Продолжительное время действовал мораторий на повышение тарифов на передачу, потом разрешили рост, но он не позволяет компенсировать инфляцию. А введение новых льгот для потребителей (с 2015 года планируется на 50% процентов сократить плату за техприсоединение до 150 кВт, к 2017-му – на все 100% , то есть услуга станет бесплатной) при заявке на подключение необоснованных мощностей создаст колоссальные выпадающие доходы. Особенно если не ограничивать потребителя в его «хотелках». В качестве примера эксперт привел случаи из практики, когда потребители нуждались в небольшой мощности – от двух до пяти киловатт, но заявку подавали все равно на 15 кВт, потому что цена такого подключения была одинаково минимальная. Кстати, сейчас в Минэнерго, по словам Даниэля Дмитриева, зреет проект, который обяжет оплачивать содержание сетевой инфраструктуры. Про сроки и конечный результат сейчас говорить преждевременно, но для сетевых компаний это, безусловно, шаг к новым возможностям. И все же главными проблемами для бизнеса эксперты считают длительность и стоимость техприсоединения. «Российская промышленность платит за это больше, чем США, и почти столько же, сколько Европа, – привел результаты исследования фонда Сколково Джек Нюшлосс. – Причем выдача технических условий включает в себя все «эротические мечты» системных интеграторов. (Смеется.) Где-то здесь нужно искать ответы на вопросы, связанные с отставанием российской экономики...» Сколько будет стоить электроэнергия Про дороговизну электроэнергии в России говорили всегда – и в начале нулевых, когда стартовала реформа энергетики, и пять лет назад, и сейчас. Успокаивать себя можно лишь тем, что в валюте цена киловатт-часа выглядит гораздо привлекательней – как говорится, спасибо Центральному банку РФ... Как известно, стоимость электроэнергии складывается из двух составляющих – генерации и ее транспортировки. «Планируется, что в ближайшие несколько лет, думаю, речь идет об интервале до трех лет, стоимость передачи электроэнергии будет расти в темпах инфляции либо инфляция плюс один пункт. Но за счет того, что инфляция этого года обещает быть не менее 9%, а следующего – скорее всего, под 10%, то, возможно, аппетиты сетевиков будут урезаны», – высказывает мнение заместитель руководителя рабочей группы по энергетике АСИ, директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин. Что касается генерации, то здесь ситуация сложнее. За время реформирования российской энергетики многое изменилось. В стране построено несколько десятков тысяч мегаватт новых электростанций, в том числе и в Челябинске – «Фортум» запустил третий энергоблок Челябинской ТЭЦ-3. «В итоге спрос на рынке реально оказался ниже, чем потенциальная возможность ее выработать. И уже в этом году был проведен некий аукцион (конкурентный отбор мощности), где отбирались станции, которые будут работать в 2015 году, – добавляет Сергей Пикин. – Парадокс в том, что при «кресте Чубайса» в стране появляется очень большой переизбыток мощностей. Невостребованными в следующем году осталось 15 тысяч мегаватт. При этом установленная мощность всех электростанций России – чуть более 200 000 мегаватт. Оказывается, семь процентов электростанций не нужны». Конечно, совсем без работы они не останутся – получат покрывающий затраты тариф вынужденного генератора, потому что эти станции вырабатывают еще и тепло. Просто так, в одночасье, закрыть их нельзя – иначе могут замерзнуть целые города и поселки. Тут, по словам эксперта, кроется еще одна глобальная российская проблема – необходимость поддерживать неэффективные теплоэлектростанции, так называемые «чайники». По прогнозу системного интегратора к 2017–2019 годам переизбыток мощностей составит не менее 22 тысяч мегаватт. «Но с учетом того, что следующий год обещает быть кризисным, эта цифра является крайне оптимистичной. В силу падения ВВП, по разным оценкам, от полупроцента до полутора процентов, спад спроса на электроэнергию тоже будет примерно в два процента, – говорит Сергей Пикин. – Если вспомнить опыт 2009 года, то, скорее всего, цена на электроэнергию на оптовом рынке тоже упадет. И в этом смысле мы станем более конкурентоспособными по отношению к мировым производителям. В целом общая стоимость электроэнергии, которая транслируется гарантирующим поставщиком, вырастет незначительно – в районе нескольких процентов». АСИ «зарубило» плату за мощность Сейчас все руководители предприятий и учреждений задумываются, как дальше планировать свое развитие и потребление электроэнергии. И многих пугает инициатива Минэнерго ввести плату за использование предприятиями собственных энергомощностей – плату за максимальную мощность. Что это означает? «Если предприятие потребляет, к примеру, не всю доступную ему мощность, а процентов 50, то на часть объемов (сейчас обсуждается, на какую именно, скорее всего, нештрафуемый коридор будет ограничен 60%. – Прим. автора) будет начисляться повышенный коэффициент оплаты мощности», – поясняет Сергей Пикин. Он, кстати, сообщил, что рабочая группа по энергетике АСИ «зарубила» этот проект. С другой стороны, Пикин считает, что штрафная инициатива логична с точки зрения электросетевых компаний: «У нас действительно в последние годы построено много мощностей, на которые потрачены миллиарды рублей. Причем потрачены впустую, потому что так называемые объекты «сетевой архитектуры» загружены порой на несколько процентов. Поэтому сейчас обсуждается следующее нововведение: если потребитель в течение двух лет по какой-то причине не присоединился к объекту и не начал производственную деятельность, то сетевая организация имеет право разорвать договор и потребовать компенсацию полным рублем (а не только за «последнюю милю»)». Представители предприятий, принимавшие участие в дискуссии в ходе конференции, нервно отреагировали на возможное введение платы за максимальную мощность. «Если начнут штрафовать, то предприятия пойдут на отказ от мощности, – уверен главный энергетик компании «Управление недвижимостью» Александр Дунаев. – Получается, чем эффективнее предприятие будет использовать свою мощность, тем больше ее высвободится. И второй момент: есть предприятия, у которых производственный цикл имеет сезонность. Например, на 100% используют мощность летом, а зимой – гораздо меньше. Как им быть?» Против подобной инициативы выступил и представитель ММК Дмитрий Савинков: «Новеллы законодательства предусматривают решение одних проблем за счет других. Необходим особый порядок регулирования субъектов, являющихся градообразующими предприятиями». Станет ли сбытовая компания «семейным доктором»? Эксперты сходятся во мнении – 2015 год будет напряженным: нефть – не выше $80, доллар – не менее 50 р. Российским энергетикам, как и предприятиям в других отраслях, предстоит работать в условиях падающего рынка. Самое главное, на что следует обратить внимание гарантирующим поставщикам, – это повышение сервиса, считает заместитель руководителя рабочей группы по энергетике АСИ Сергей Пикин. «Бизнес-модель сбытовой компании надо повернуть в сторону потребителя, – отмечает эксперт. – Не просто взимать деньги и отключать, если не заплатили вовремя, а быть именно клиентоориентированной сервисной компанией, которая помогает потребителю сделать свою жизнь комфортнее». Мы пережили уже две волны гарантирующих поставщиков, сейчас грядет третья, уточняет председатель наблюдательного совета «Объединение энергопотребителей» Александр Виханский. Начиная с 2008 года несколько десятков тысяч независимых сбытовых компаний ходят, а скорее даже бегают в условиях жесткой конкуренции, от потребителя к потребителю, чтобы снизить ему цену. «Но в конечной цене стоимости электроэнергии доля сбытовой надбавки, оказывается, максимум пять процентов, зачастую и меньше, – комментирует Александр Виханский. – Диапазон, в котором могут конкурировать между собой обычные сбытовые компании и гарантирующие поставщики, – 20% от этой сбытовой надбавки. В итоге для потребителя максимальный эффект от всей этой картины с беготней непонятных людей, предлагающих какие-то услуги, составит 0,1%». Независимые сбытовые компании первой волны искали потребителей, которым они, пользуясь лазейками в законодательстве, высокой сбытовой надбавкой гарантирующего поставщика, могли предложить снижение цены на несколько копеек. Но при этом, выводя потребителей на оптовый рынок, они зачастую отказывались от ответственности за штрафы в случае неверного планирования потребления по часам. Фактически снимали сливки и шли в другой регион. Второе поколение сбытовых компаний – это так называемые независимые, но на самом деле подразделения крупных предприятий. И кстати, это самый опасный монополист. «Сейчас наконец началась конкуренция за качество обслуживания. Сбытовые компании оказывают потребителю не просто услугу энергоснабжения, а работают по сути по принципу семейного доктора. Надо заменить счетчик – заменили, проблемы с увеличением мощности – помощь в этом, хочешь снизить суммарную стоимость электроэнергии – предложили провести энергосберегающие мероприятия, требуется построить собственную генерацию – сбыт поможет найти эффективные решения, – поясняет Александр Виханский. – Думаю, появляется третья волна независимых сбытовых компаний, которые мыслят именно в таком ключе». Кроме того, разработан законопроект, согласно которому сбытовые надбавки будут определяться методом эталона – сравнения с идеальной моделью гарантирующего поставщика. И те, кто работает неэффективно, будут получать денег меньше, чем необходимо для покрытия затрат. В итоге у руля должны остаться те, кто доказал свою эффективность.