Больше не аграрная сверхдержава? Импорт продуктов превысил экспорт: что это значит для простых россиян

Россия столкнулась с заметным снижением экспорта продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья. По данным ФТС, экспорт сократился на 15,4%, составив $12 млрд. Но за тот же период импорт продукции АПК увеличился на 12,5%, достигнув $12,9 млрд.

Просто и конкретно: продуктов в Россию опять ввозят больше, чем вывозят. Одной из причин называют укрепление курса рубля, в результате чего экспортная цена на российскую продукцию в долларовом эквиваленте снизилась. Плюс снижаются и мировые цены на зерно, а снижению объемов поставок способствовало то, что правительство снизило квоту на экспорт зерна почти в три раза по сравнению с прошлым годом. Что происходит в российском агропроме, разбирается MSK1.RU c экспертами.

— Россия — страна, которая лидирует по площади сельскохозяйственных угодий, не может себя полностью обеспечить всеми продуктами. Почему так, госрегулирования, может, не хватает? — спрашиваем доктора экономических наук, бывшего заместителя министра сельского хозяйства Леонида Холода.

— Ну давайте про регулирование. Я сторонник того, что тот, кто музыку заказывает, тот женщину и танцует. Кто регулирует, тот отвечает за последствия. Причем, как показывает практика, эти последствия совершенно обратны тем, которые государство хотело бы получить, — говорит Леонид Холод.

Ну вот, допустим, вы устанавливаете цены на продукты. Потребители же заинтересованы, чтобы они были невысокие, да? Чтобы народ был доволен всем. Вот вы взяли цены и занизили. Но в рыночной экономике цена, помимо всего, играет роль индикатора вашего дальнейшего поведения на рынке — то есть уменьшить или увеличить производство. Если вам как производителю цену установили низкую, вы накрылись медным тазом. Это в худшем варианте. А в лучшем варианте просто свернули малоприбыльное производство. И в итоге вы добились бы того, чтобы на рынке возник дисбаланс, а цены поползли бы вверх.

— Но ведь в эпоху, скажем так, развитого социализма подобных шоков, как в России в прошлом году с яйцами, а в этом с картошкой, не было. Значит, государство справлялось?

— А давайте вспомним, что у нас было в конце социализма, когда в магазинах не было ни хрена, а на рынке было всё. Тогда, между нами, производилось продовольствия больше, чем сегодня.

А сейчас у нас рыночная экономика, она наполовину беременной быть не позволяет. То есть либо у нас везде социализм и дирекционная экономика, либо рынок. Регулирование цен осуществляется только на какие-то спецтовары ограниченного хождения, где рынок в принципе как таковой, как баланс спроса и предложения, не работает.

Ну, допустим, вы сделаете часть рынка (не по оружию, лекарствам, спецтоварам, а обычным рыночным товарам) регулируемым. Значит, у вас возникнут какие-то ценовые лакуны: в одном месте цены регулируются, в другом не регулируются. И вот у вас на границе этих зон будет правовой вакуум и полный бардак. Нам это нужно?!

— «Доктрина продовольственной безопасности», которую подписал президент, конкретно требует: сельское хозяйство должно обеспечить качественными, разнообразными и дешевыми продуктами питания всё население, — говорит MSK1.RU фермер Василий Мельниченко, председатель общественного движения «Федеральный сельсовет». — Добиться этого можно было двумя путями: один — качественные и разнообразные продукты, разнообразие, но это требует развитие крестьянства. А второй — создание промышленного производства продуктов питания, это большие агрохолдинги и тому подобное. Это не может дать разнообразия. Но мы пошли по этому пути.

— Вы правы. Заходишь в «Магнит» и «Пятерочку», и каждый день одни и те же бренды на полках, которые уже надоели.

— Однозначно, качественных продуктов питания ждать в России больше не надо. Их не будет! А то, что сбои постоянные, дефициты… Ну, при неразумной модели развития крестьянства в России это будет всегда иметь место. Один год не будет картошки, другой год, возможно, зерна, потому что зерно невыгодно вообще сеять.

— Но представьте министра: когда у вас десять агрохолдингов, с ними проще договориться о производстве, чем с тысячами фермеров.

— Если бы у нас была развитая аграрная кооперация, то мы бы заранее знали, какой спрос будет и под это мы производим продукцию. Если я сею весной зерно и не знаю, какая будет цена осенью, да, я же сильно рискую. То же самое по другим продуктам питания. Мы вообще не можем знать, какая будет цена на молоко.

Возьмите любую развитую страну, и она по-любому будет иметь планирование. Всё равно любой фермер в Польше, в Австралии знает, какая цена его зерна будет осенью, в следующие годы и в последующие.

Нам нужно развитие сотен, тысяч, миллионов крестьянско-фермерских хозяйств фамильных. Тогда у нас была бы и продукция очень качественная, всегда в достатке было бы. Мы же понимаем, что дефицит будет всегда при таких агрохолдингах. То одного дефицит, то другого, то третьего. Денег не будет хватать никогда. И продовольствие всегда будет плохое.

— То есть, в принципе, мы оказались в тупиковой ситуации?

— Выход только один: принимать решение о развитии крестьянства и делать для этого всё возможное. Это единственно справедливый и правильный путь для спасения. Вам для информации. По классификации Всемирного продовольственного совета среди всех стран по продовольственной безопасности на первых местах сейчас Вьетнам и Китай. А Россия даже не в первой двадцатке. Так что давайте будем честны и больше не будем говорить, что мы аграрная держава.