Гуго Петерс, пилот-инструктор: «Меня называли ненормальным, чудаком…»

– Артем учился у ЮУрГУ на аэрокосмическом факультете, – подхватывает Гуго Петрович. – Ребята строили самолет, а я их консультировал. И однажды мы с Наташей поехали вместе, ей посмотреть было очень интересно. Там и познакомились. Она тоже мечтала на аэрокосмический поступить. Но потом передумала – пошла по стопам мамы. Мама у нас инженер-синоптик, она составляет прогнозы погоды и проводит консультации экипажей перед вылетом. И вот Наташа сейчас на 4 курсе учится в Питере в гидрометеорологическом университете (РГГМУ), работает. И в должности уже догнала маму. Пока она в декретном отпуске, но скоро уже выйдет на работу, заменит ее, а мама пойдет на пенсию.

Глядя на радостного малыша Мишутку, сидящего на коленях, и активную младшую внучку Лизу, дедушка Гуго светится счастьем:

– Цветочки, такая прелесть! Такие миленькие! А самый старший – Женя – у нас такой боевой! Ходит в садик в подготовительную группу уже и воскресную школу посещает. А недавно еще пошел на тхэквондо.

– Гуго Петрович, а в каком возрасте вы поняли, что хотите стать летчиком?

– Я себя помню лет с трех. Очень любил технику. Играл с машинкой во дворе, и вдруг в небе появился самолет. Это был первый самолет, который я увидел. Ну, и машинка у меня сразу «полетела».

«Думал, что Гуго Эккенер – мой дедушка»

– Наши предки – выходцы из Голландии, – рассказывает Гуго Петерс. – В 17 веке там зародилось протестантское движение, и они являлись одними из первых реформаторов католической церкви, за что были подвергнуты жестоким гонениям и вынуждены бежать в Австрию. Вскоре по приглашению для освоения новых земель (будучи великолепными земледельцами!) они прибыли в царскую Россию. Обосновались сперва в Запорожье, потом перебрались в Оренбургскую область. Вот там и родился мой отец. Я же появился на свет в Киргизии, в селе Орловка, которое обосновал прапрадед со стороны матери.

В «ежовский» период по ложному обвинению отец мой был арестован и получил 15 лет заключения. Во время войны умерла моя мама и одна из сестер. А мы с братом попали в детский дом… После войны родственники в Оренбургской области взяли нас к себе. Брат жил там недолго, по программе послевоенной мобилизации подростков на стройке он оказался в Челябинске.

– А вы чем занялись?

– Я уже тогда мечтал о небе. В 1953 году пытался поступить в аэроклуб в Оренбурге. Но по возрасту меня не взяли – не было 17 лет. Посоветовали идти на какие-нибудь технические курсы, чтобы потом легче было самолет изучать. И я пошел на курсы трактористов. Там и произошел несчастный случай, в результате которого мне ампутировали ногу. Когда подошел возраст поступать в авиаклуб, я был уже на протезе… И главное тогда было – научиться жить по-новому. Я от товарищей, своих сверстников, старался ни в чем не отставать! Работал в сельском хозяйстве наравне со всеми. Часто разбивал ногу в кровь, но не отступал. Потом освоил велосипед, научился ездить на мотоцикле. А позже даже сумел получить водительские права.

– Как же вы прошли медкомиссию?

– С небольшим обманом мне это удалось. Я приехал в центр прохождения медкомиссии в вечерние часы. Так получилось на мое счастье, или Бог мне помог в этом, что когда проходил хирурга, отключили электроэнергию, и в кабинете – полумрак. Я был последним в очереди. Зашел. Врач спрашивает: «Как здоровье? На что жалуетесь?». Я отвечаю: «Здоров как бык! Никаких жалоб». (Улыбается.) Она проверила отсутствие грыжи и подписала: «Здоров», протез не заметила. Я радостно схватил эту бумажку и убежал.

Вождению я обучался вместе со всеми ребятами. Но перед сдачей экзамена много тренировался. Чтобы научиться ездить по городу, даже нанимали специально машину в Оренбурге. И вот как-то раз еду с инструктором и спрашиваю: «Не замечаете, что у меня недостаток? И показываю ему протез…». После чего мы с ним (уже бесплатно) еще час ездили, и он сказал: «Иди, сдавай экзамены, ни один инспектор не заметит».