О чем говорят геймеры?

Почему российские школьники теперь не злятся, а «агрятся»? Какие цвета тревожат американских медработников, и как должен разговаривать настоящий китайский полицейский? Обо всем этом корреспондент Cheldiplom.ru узнал на лингвистической конференции «Языки профессиональной коммуникации». VI международная научная конференция «Языки профессиональной коммуникации» проходила с 21 по 22 ноября в стенах главного корпуса ЧелГУ под эгидой Общероссийской общественной организации «Российская ассоциация лингвистов-когнитологов» и при поддержке Министерства образования и науки РФ. В конференции приняли участие 120 научных работников из 35 городов России, Украины, Беларуссии и Казахстана. СправкаКогнитивная лингвистика – направление в языкознании, которое исследует проблемы соотношения языка и сознания, роль языка в концептуализации и категоризации мира, в познавательных процессах и обобщении человеческого опыта, связь отдельных способностей человека с языком и формы их взаимодействия.Объект изучения когнитивной лингвистики – язык как механизм познания.Лингвист-когнитолог – специалист, занимающийся исследованиями в области когнитивной лингвистики. Мероприятие было посвящено памяти Владимира Лейчика – одного из основателей отечественной терминологической школы – и разбито на шесть тематических секций. На заседании секции №5 – «Профессиональная языковая личность: когнитивный, коммуникативный и лингвокультурологический аспекты» – смог побывать и журналист Cheldiplom.ru. Первой взяла слово Юлия Нелюбина (ЧелГУ). Ее доклад прозвучал своеобразно и даже экзотично. Объектом ее научного интереса стало китайское кино, точнее – лексика его героев. По словам докладчика, в современном китайском кинематографе активно пропагандируется образ профессионала – качественный работник и добропорядочный гражданин, пример для подражания. В основном это делается через фильмы о полицейских, так как служить в полиции для китайца очень почетно и престижно. Страж правопорядка из Поднебесной бесстрашен и вызывает уважение даже у матерых преступников. Собравшихся повеселила дословно переведенная на русский реплика киношного бандита: «Мы его очень долго пинали, но он так ничего и не рассказал». Однако, несмотря на всю свою идеальность, киногерои в полицейской форме сами не прочь ввернуть крепкое словцо или прибегнуть к уличному жаргону. Сидящие в аудитории с улыбкой слушали, как девушка зачитывает китайские аналоги таких слов, как «братан», «тачка» или «замочить». На зарубежном материале выстраивала свою работу и Дарья Полякова, тоже из ЧелГУ. Во время своего путешествия по штату Иллинойс кандидат филологических наук исследовала особенности цветового восприятия в языке американских медиков. Так, например, белый у большинства опрошенных ассоциируется, прежде всего, с машиной скорой помощи и болезненным цветом кожи, а также с чистотой и стерильностью и – как дань патриотизму – с Белым домом. Черный цвет – с потерей сознания, отключением электричества в больнице и пациентами негроидной расы. Вдобавок, в США приняты специальные цветовые коды для обозначения чрезвычайных ситуаций в медучреждениях, благодаря чему многие цвета приобрели в глазах медработников оттенок тревожности. Так, синий код означает необходимость срочной реанимации, розовый – похищение человека из больницы или пропажу без вести, серебристый – сбежавшего больного. Также немалый интерес у современных лингвистов вызывает язык спортивной и околоспортивной среды. Аспирантка ЧелГУ Мария Санатина досконально изучила лексикон футбольных комментаторов и радовала присутствующих перлами вроде «играл, не покладая ног», «игрок «Барселоны» спижонил», «вратарь поймал неотразимый мяч». По ее наблюдениям, в спортивном комментировании доминируют два взгляда на футбол. Первый – это восприятие борьбы двух команд как боевого сражения. Отсюда широкое употребление военной лексики – «наши наступают с флангов», «враги окопались в обороне» – и апелляция к патриотическим чувствам игроков и болельщиков – «победа нужна всей стране». Второй взгляд – сравнение футбола с искусством, главным образом, с театром. Матч в устах комментатора превращается в спектакль, поле – в сцену или полотно живописца, тренер и его подопечные – в режиссера и актеров. Не обошлось и без сравнения современных российских комментаторов с их советскими предшественниками. Как показывает исследование, язык вторых был более сухим и шаблонным, зато содержал куда меньше сниженной лексики и прямых заимствований из английского. «Я сама всегда любила футбол, даже болею за «ЦСКА», – объясняет свой интерес к теме Мария. – Спорт сейчас в принципе актуален как никогда и интересен для любых исследований, в том числе по лингвистике. Тем более, если речь идет о комментаторах. То, что происходит на поле, зритель прекрасно видит и сам. Благодаря технике в визуальном плане матчи транслируются идеально, поэтому современный комментатор должен не столько пересказывать события, сколько давать им развернутый анализ. А для этого необходимо обогащать свою речь, делать ее ярче». Кандидат филологических наук и доцент ЮУрГУ Екатерина Ваганова коснулась темы извечного противостояния технарей и гуманитариев. Анализируя научные статьи аспирантов, докладчица обнаружила, что даже в столь узких жанровых рамках «физики и лирики» умудряются демонстрировать полную противоположность друг другу. По словам исследователя, особенно показательны финальные абзацы статей – основные выводы публикаций. И если в работах технарей непременно фигурирует само слово «вывод», а все итоговые умозаключения разложены строго по пунктам с четкой нумерацией (1, 2, 3), то личности гуманитарного склада, напротив, склонны сохранять целостность и неразрывность текста. С этой целью они прибегают к помощи вводных слов со значением результата (таким образом, итак). По словам Екатерины, технарям невозможно отказать в предельной конкретности и логичности, вдобавок вместо итогового вывода они часто выдают совершенно новую, цельную мысль. Но сама она все-таки за гуманитарный подход, поэтому по возможности старается приучать и студентов технического склада к более гибкому и открытому слогу. Пожалуй, наиболее актуальную и болезненную проблему затронул Павел Часовский, рассказавший коллегам о «языковой личности геймера». Аспирант ЧелГУ утверждает, что электронные онлайн-игры – обширное исследовательское поле для любого лингвиста. «Во-первых, они яркое свидетельство появления нового вида дискурса – виртуального. Во-вторых, во время игры можно одновременно наблюдать и за письменным, и за устным общением ее участников», – аргументирует Павел свой выбор темы. Сленг заядлых геймеров давно уже просочился из виртуального мира в реальный. Характерные словечки и выражения можно услышать в каждом школьном коридоре. «Хай лоу» вместо стандартного «привет», «агришься» вместо «злишься», «нуб» в значении «слабак, неудачник». Для геймера в первую очередь важно не красиво и грамотно выстроить фразу, а как можно быстрее передать информацию товарищу по команде или сопернику. К примеру, «miss b to c» означает, что противник переместился с одной линии боя на другую. Понятно, что ни о какой языковой культуре здесь не может быть и речи. Невозможно было умолчать и о социальных последствиях игромании. С ними Павел знаком не понаслышке. «На втором курсе сам рубился в Lineаge. В универ не ходил – вместо этого предпочитал убивать монстров и собирать артефакты, – вспоминает он. – Но потом все-таки осознал, что подсел на настоящий наркотик, от которого необходимо отказаться. Онлайн-игры – это настоящие инструменты манипулятивного воздействия, в них изначально закладывается нужный создателю посыл». «Вызывает тревогу и постоянный рост качества компьютерных игр. Их создают по принципу хорошей книги – с сюжетом, кульминацией, эффектной развязкой. Создание «GTA-5» вместе с рекламой обошлось в 265 миллионов долларов – это больше, чем бюджет «Пиратов Карибского моря» – добавляет автор работы. Участники конференции не боялись выходить за узкопрофессиональные рамки, затрагивая в своих трудах множество социальных, психологических и других аспектов. Это сделало чисто научное собрание действительно интересным – не только для лингвиста или филолога, но и для любого «заглянувшего на огонек».