Что нашли в Бухаре наши студенты

Жара под 60 градусов, песчаная буря, экзотика старых городских кварталов, слепящее золото эмирского дворца, почти исчезнувшая Сахара... – не только это буквально разогрело воображение челябинских студентов-художников, побывавших в Бухаре и Самарканде на пленэре. Традиции и контрасты современного Узбекистана нашли отражение в их работах, которые будут представлены на выставке в Челябинском институте культуры. Ностальгия по СССР и английский в школе Первую выставку наши студенты провели в Бухаре, в общежитии Бухарского университета, с которым Челябинский институт культуры заключил договор о сотрудничестве. Говорят, на выставку пришли не только университетские преподаватели и молодые художники, но также солидные живописцы древнего города, некогда окончившие художественную академию в Ленинграде. «Проректор дал высокую оценку работам наших студентов, – отметил руководитель летней практики, известный челябинский художник Константин Фокин. – Преподаватели кафедры изобразительных искусств университета Бухары заговорили даже о том, что хотели бы отправить к нам в магистратуру своих студентов. Надеюсь, сотрудничество продолжится». Кстати, принимающая сторона открыла челябинским преподавателям, вероятно, большой секрет – министерство образования Узбекистана сотрудничества не одобрило. Однако и препятствовать чиновники не стали – все отдали на откуп ректорату. Руководители Бухарского университета рискнули, и результаты, как показала практика, всех вполне удовлетворили. Челябинские студенты удивили принимающую сторону своими талантами, умениями, пониманием восточного колорита. А наши студенты и сегодня под впечатлением от современных корпусов университета Бухары, оснащенных по самому последнему слову прогресса – кондиционеры, компьютеры, красивые удобные классы, огромный читальный зал и богатая библиотека. Кстати, в самом городе им так и не удалось найти ни одного книжного магазина. Еще одно открытие – поколение, родившееся в Узбекистане после распада Советского Союза, уже не говорит по-русски. В том числе и полицейские, несмотря на то, что службу несут в городских кварталах, где много туристов. Хотя, по словам Константина Фокина, российское образование в Узбекистане ценится. Довольно большая часть преподавателей университета Бухары в разное время окончила московские вузы, ректор – выпускник Московского архитектурного института. Многие семьи и сегодня хотели бы отправить своих детей учиться в Россию, ради этого готовы платить за уроки русского языка, потому что в школах он теперь не обязательный, там изучают английский. «В разговорах представителей старших поколений очень часто звучали ностальгические нотки по прежним временам, – рассказал Константин Фокин. – Они-то говорят по-русски хорошо и как только узнают, что ты из России, начинают вспоминать об СССР, как о светлом прошлом. Меня поразил небольшой, но довольно богатый художественный музей в Бухаре, где много работ русских художников начала ХХ века. Я бы сказал, что коллекция намного богаче челябинской и даже екатеринбургской. В том числе там бережно хранятся работы выпускника Петербургской академии художеств Павла Бенькова. До конца своих дней художник жил в Самарканде, преподавал в художественном училище. Попал он туда довольно странным образом – после революции гениальный Николай Фешин, с которым они дружили, пригласил Бенькова в Америку. И Беньков поехал. Но проезжая через Узбекистан, решил там остаться. Фешину он написал: “Я нашел свою родину”». Искусство до обморока Челябинские студенты тоже в восторге от летней практики в Узбекистане, хотя вставать участникам пленэра приходилось в пять часов утра, а то и раньше, потому что жара стояла испепеляющая (56-60 градусов в тени). По этой причине в летние месяцы в Бухаре и Самарканде почти нет иностранных туристов. При этом коренные жители спокойно гуляли под солнцем без головных уборов и с некоторым сарказмом посматривали в сторону юных рисовальщиков в широкополых шляпах. «А мы готовы были в обморок упасть от такой жары», – вспоминают девушки. Обычно в живописных работах из путешествий по Самарканду и Бухаре ищешь экзотически ярких красок. И потому удивляешься пастельным тонам, как будто краски присыпаны мелким сухим песком. «Так оно и есть, – смеется Маргарита Габидуллина. – Город сухой от зноя, и все цвета приглушаются, как будто пыльное испарение исходит от земли, зданий. Тем не менее первые впечатления от Бухары очень яркие – необычная для нас архитектура старого города, узкие улочки и дворы, где на веревках сушатся халаты и тюбетейки. Да, в Самарканде краски ярче, потому что там не так жарко, больше деревьев, дышится легче, но он более туристический, вылизанный для иностранных туристов, я бы сказала, более современный, там много дорогих гостиниц. Старой экзотики там не найдешь. А Бухара – более дикая, пропитана восточным колоритом, поэтому она так интересна художникам». Но по стилю жизни Бухара – вполне европейский город. Его жители, особенно молодые, носят джинсы, майки и даже шорты. Большие магазины можно отличить от наших разве что по интерьеру (экзотический базар не в счет), а новые кварталы застроены зданиями из современных материалов. Всех впечатлила песчаная буря в Бухаре, которая разразилось во время пленэра. «Ветер страшный, песок, ничего не видно, – вспоминает Маргарита. – Собственных рук не видишь. После этой бури все в городе было покрыто слоем песка». При этом путешественники отметили, что пустыня Сахара, по которой идет поезд в Ташкент, – на пустыню уже мало похожа. Барханы зарастают мелким кустарником. Это их немного разочаровало. О том, чего вспоминать не хочется «И просто обескуражили старые, грязные до липкости, обшарпанные вагоны поезда “Челябинск–Ташкент”, не ожидала такого от РЖД, какое-то презрение к пассажирам этого направления, – говорит Маргарита Габидуллина. – В таких условиях мы ехали и туда, и обратно». А еще ребят в самом начале насторожило предупреждение не ходить по Бухаре в одиночку. «Вскоре мы поняли, что это было сказано не случайно, – вспоминает Маргарита. – Молодежь ведет себя порой вызывающе – например, стремится сделать селфи на фоне “белых чурок”, как они говорят. То есть на нашем фоне. К женщинам, как мне показалось, вообще отношение пренебрежительное: однажды молодой человек, вцепившись мне в руку, предлагал вместе попить чаю, едва удалось от него отбиться. Страшно, знаете ли. Поэтому мы старались держаться вместе. Тем не менее сопровождавшему нас преподавателю Бухарского университета тоже не раз приходилось окриком отгонять от нас стайки молодых людей». Тем не менее ложка дегтя не испортила общего впечатления – по словам ребят и преподавателей, летний пленэр в Узбекистане удался. Об этом свидетельствуют и работы студентов, и их желание вернуться в Бухару будущим летом.