Леонид Тележинский, актер: «Челябинские парни быстро взрослеют»

Исполнитель роли Николая Кабанова в новом успешном проекте СТС «Физика или химия» Леонид Тележинский оказался весьма серьезным, семейным и счастливым человеком. Хотя в трех школах, которые помнят его в родном Челябинске, слыл хулиганом. То ли воздух на Урале такой, то ли особая магическая атмосфера единения Европы и Азии, но как-то правильно и не по-юношески фундаментально и основательно рассуждает молодой актер. Вот и его Николай в сериале на первый взгляд неприятный тип – унижает одноклассника-китайца, грубит учителям, попросту игнорирует школьные порядки... Но Леониду его герой очень даже нравится. Мы решили узнать почему. – Леонид, как ты попал в сериал? – Абсолютно рабочий момент. Пригласили на пробы, мы с Рамилем (режиссер сериала Рамиль Сабитов. – Прим. авт.) сразу поняли друг друга, и все как-то само собой сложилось. – Твой герой, мягко говоря, неоднозначный... Весь класс в страхе держит... – А мне кажется Коля Кабанов очень хороший человек. Да-да! По его поступкам мы видим, что он, может, плохой, порой даже жестокий, легко попадает под чужое влияние... Но кто в школе таким не был? И я в 10-м классе и курил, и пиво пил в туалете, и дрались мы без конца... Но в душе Коля очень порядочный человек. – Ага. И расист при этом... – Это такой период в его жизни. Он не расист по определению.. Мне кажется, Коля из тех, кто в жизни попробует все. И вот сейчас, в этот момент ,он расист, да. – Правда, что интереснее играть отрицательных персонажей? – Нельзя сказать, кого играть интереснее – плохого или хорошего. Интереснее играть плохого, который в итоге становится хорошим. – Из других персонажей «Физики или химии» кто тебе ближе? – Горка и Рик. Это близкие мне образы. Они, как и мой герой Кабанов, не зациклены на чем-то одном, про них нельзя сказать однозначно «плохой» или «хороший». Это многогранные образы. – У вас довольно жесткий получился сериал, эпатажный... – Скорее, провокационный. Это безусловно не предел жесткости и эпатажности. Многие вещи мы не показываем, стараемся обходить некоторые острые углы. Я учился в нескольких школах в Челябинске и знаю, что на самом деле все гораздо жестче. Но с художественной точки зрения снять это невозможно, это будет уже скорее документальное кино. Наш сериал, все же – художественный продукт, и обязательно должна присутствовать своя поэзия. Пусть даже в жестокости, в эпатажности, в провакационности... – Вопросы расизма, гомофобии, неразделенной любви на самом деле так актуальны в школе? – Конечно! Но только в той или иной степени. Само собой, не все у нас в школе были расистами. Или гомосексуалистами... (Смеется.) Вернее, гомосексуалистами не были. Или были... Но гомофобов очень много было, это точно. Ну и любовь-морковь, само собой, была. Как же иначе. – Хулиганы были в классе? – Были. И я был одним из них. – Ты совершал поступки, о которых сейчас жалеешь? – Ну да, есть такие поступки. Наверное не стоило чего-то делать... Но как раз поэтому рассказывать о них я бы не хотел. – С одноклассниками продолжаешь общаться? – Из разных школ у меня осталось несколько близких друзей, и мы общаемся, тут даже расстояния значения не имеют. Но сказать, что я общаюсь со всем классом, не могу. Да это и неправильно бы было. – Ты сказал, что учился в нескольких школах. Как это вышло? – Все очень просто. Из первой школы мы перешли с другом. Вернее, он решил перейти, а я не захотел его бросать. Да, и потом, новая школа была рядом с театральной студией, где я параллельно занимался. Это было удобно. Но из этой школы меня, к сожалению, в девятом классе выгнали... Пришлось перейти в третью... – Почему – не скажешь? – Ну... Не за хорошее поведение. (Смеется.) – С учителями не сложилось? – Можно и так сказать... Хотя там были и замечательные учителя. С нашей классной руководительницей Еленой Алексеевной мы до сих пор общаемся, она сыграла огромную роль в моей судьбе. Она влюблена в театр, хоть и преподавала биологию. Мы ее, кстати, называли Ёлкой... Но были учителя, которые никак меня не воспринимали, наверное, они и сыграли ключевую роль в том, что меня выгнали. – Как родные-близкие оценивают сериал и твою роль в нем? – Не слушаю их и слушать не хочу! Даже не цифрую эту информацию! Потому что это, скорее, необъективно. Но им всем безумно нравится, они ждут новых серий и постоянно пытают меня, что будет дальше. Приходится замыкаться и молчать, как партизан. – «Физика или химия» снят для подростков? – Мне кажется, он для всех поколений. Это абсолютно художественный проект, поднимающий серьезные темы, актуальные во все времена. И подросткам его стоит смотреть обязательно. С восьмого класса – точно. Все это, так или иначе, не зависимо от нашего желания происходит в жизни. Все с этим сталкиваются. И лучше уж увидеть все это со стороны, дать оценку и сделать правильный вывод, чем самому набивать шишки. – Был такой сериал «Школа», так его ругали за то, что в фильме нет оценки, что хорошо, что плохо... – Ну да! Жесть ради жести! А зачем это, если можно выйти на улицу и все это увидеть вживую. Я хочу найти выход или как минимум задаться вопросом – как должно быть. А не вариться в этом ужасе 24 часа в сутки и в жизни, и в телевизоре. – Но однозначных ответов нет и в «Физике или химии»... – Но есть намек на то, что правильно. Мне кажется, этот фильм все-таки воспитывает. Если всегда показывать ребенку лютики-ромашки или наоборот всю изнанку жизни, ничего не объясняя, это неверно. В «Физике или химии» проблема ставится ребром, и даются варианты решения. – Ты приехал в Москву сразу после школы. А по родному Челябинску скучаешь? – Очень. Именно по самому городу, по его улицам, с которыми у меня столько всего связано. Ну и по друзьям, конечно... Я очень редко там бываю, к сожалению. За шесть лет всего два раза. – А здесь в свободное время чем занимаешься? – Семьей. Сыну год и восемь месяцев... – Ничего себе... – Да, челябинские парни быстро взрослеют. (Смеется.) – Жена случайно не актриса? – Актриса, ее зовут Надежда. – А как в Челябинске относятся к тому, что символами города стали Дулин и Михалыч? – С юмором относятся. Смешно же! У нас люди адекватные. И даже адекватнее, наверное, чем в Москве... – Как ты решил стать актером, ведь «челябинские мужики настолько суровы»? – В третьем классе пришел к нам в школу дядечка с усами, спросил: «Кто у вас тут главный раздолбай?» Показали на меня. Он попросил почитать стихи, а я заикался и вместо этого дал ему почитать стихи собственного сочинения.. Он пригласил меня в театральную школу. Мама потом ругалась, что я незнакомому усатому дяде дал наш номер телефона, но он перезвонил, и я оказался в студии... Учиться, правда, с тех пор стал все хуже, покатился по наклонной и вот прикатился туда, где я сейчас... – Ну весьма хороший наклон получился... А если бы не актером, то кем бы ты стал? – Спортсменом или музыкантом. Вариантов не много. (Смеется.) Мне нравится бокс, и я играю на флейте. У нас с друзьями даже есть группа «Z.I.-Band». Играем «джаз-шансон». Это не тюремный шансон про нары, скорее, классический городской романс: лирические стихи, не тексты песен, а именно стихи. И все это в джазовой гармонии. Рано или поздно, уверен, выйдет наш диск. – В РАТИ ты поступил без проблем? – Был конфуз при сочинении... Я же круглый двоечник... Пришлось взять в Челябинске липовую справку о том, что я из-за травм не могу писать сочинение, меня загримировали, синяки нарисовали, ссадины... Прокатило... (Смеется.) – Ты же служишь в Театре на Малой Бронной. В театре работа интереснее, чем кино? – Абсолютно две разные вещи. Два разных ремесла. Везде интересно... В театре ты видишь глаза – онлайн, здесь и сейчас. – Есть роль-мечта? Есть даже роли, о которых мечтал, и которые сбылись: сыграл одного из персонажей Чехова в «Палате №6». Была мечта поработать над современной драматургией, и случилось – сыграл Павлика Морозова. – Его по разному воспринимали в разные годы. – У меня есть личное отношение к этому. Это 13-летний мальчик, которого вместе с братом убили родственники, когда он пошел в тайгу собирать клюкву. Когда посадили отца, Павлик Морозов стал владельцем всего немалого состояния. А родню это не устраивало, и проблема была решена вот так. А на трагедии 13-летнего мальчика, который еще ничего не успел и ничего не понял в этой жизни, сделали PR-кампанию. – Каким ты видишь себя через 10 лет? – Дочку хочу к этому времени. Ты часто чувствуешь себя счастливым? – Наверное часто... Даже очень часто... Самое больше счастье – рождение сына. А так – каждый спектакль я счастлив, а их, слава богу, много. Так что счастье бывает через день. Более подробно о сериале можно узнать в специальном разделе на сайте СТС.