«Господин Мокинпотт» прибыл в Камерный

Это было мистическое чувство, катарсис, эйфория. Посреди пыльной весны в индустриальном мегаполисе на голову обрушился водопад сокрушительных эмоций. Как будто любимая команда выиграла Олимпиаду. А ты, наглотавшись мельдония, это видел воочию, присутствовал и выдержал кардионагрузки. В афишу театрального репертуара Челябинска стремительно ворвалась премьера Камерного театра «Господин Мокинпотт» по пьесе Петера Вайса, поставленная молодым режиссером из Санкт-Петербурга Дмитрием Турковым. На одном дыхании промелькнули полтора часа динамичного, изобретательного, яркого действия. Незатейливая история человека, в короткий срок избавившегося от иллюзий защищенности бытия, азартно и цепко берет безмятежного зрителя за живое, проводит по кромке безумия, награждая фейерверком, сотканным из живописных картин, блестящих номеров и удивительных актерских работ. Господин Мокинпотт вышел однажды вечером за газетой. Некто, случайный встречный, решил, что он похож на преступника. И вот герой уже в тюрьме. Спектакль начинается с того, что Мокинпотт нарезает по камере творческие круги, лихорадочно придумывая пути спасения. Выберется он оттуда быстро, а вот восстановить доброе имя не удается. Как говорится, осадочек-то остался. Судьба изменилась непоправимо. Но пересказывать сюжет я не буду. Это надо увидеть. Приготовьтесь, что плотность впечатлений на единицу сценического времени будет максимальна. Мозаика выразительных средств обширна: пластичные межстрочные повествования, эстрадные номера, анимация, треш, гипертрофированные маски чучел, откровенный стеб и тонкая психологическая игра. Прекрасные саундтреки, подобранные режиссером, формируют настроение, возгоняя душевные рефлексии героев до уровня шоу. Музыка наполняет спектакль живой, бурной энергетикой, а временами пронзительный шепот главного героя обуздывает взбесившуюся экспрессию окружающего и возвращает нас к сути. Плотная звуковая партитура привносит ритмичность в постановку, придает монтажу сцен клиповость и кинематографичность. Монументальные декорации отсутствуют, соответствующий антураж создается в сознании, рождаясь из сплава света, музыки и эмоционального посыла актеров. Простор сцены фантастично меняет образ места действия за счет передвижения занавесей. Решение лаконичное и точное. Огромный, уходящий ввысь задник кажется треснувшим зеркалом. В разные моменты, благодаря виртуозной игре света, цвета и тени (художник по свету Александр Скрыпник), эта оживающая взбугрившаяся амальгама, как океан Соляриса, добавляет в восприятие происходящего внезапные штрихи, отражая исказившуюся реальность или холодно поблескивая отсветом бесконечного космоса. Сценическое пространство старинного здания театра использовано бережно, не загружено громоздким инновационным оборудованием, пронизано воздухом, оставляющим место фантазии. Зритель становится не только соучастником, но и соавтором происходящего, складывающим пазл в своем воображении. Знаковые стильные костюмы (художник Софья Тюремнова) предлагают узнаваемые образы, которые, смешиваясь в лихом калейдоскопе, высекают причудливые ассоциации – от средневекого шекспировского театра до современного мюзикла. Атмосферная видеопроекция (Иван Еланцев) создает буквально тактильные ощущения. А фантасмагоричные ролики эффектно дополняют раскол сознания главного героя. Большую роль в этой постановке сыграли возможности самой труппы. В опыте театра есть работы, в которых актеры существуют в острой шаржированной форме. Это и «Балаганчик», где синтез пластики и слова рождает новый художественный стиль. И «Третья голова», где смыта грань между традиционным драматическим действом и рок-концертом. Недавно ушла из репертуара визитная карточка театра – спектакль Феличита, где чудаковатые клоуны искали простого Счастья. Пора беззаботных клоунов прошла. Мир изменился. Театр повзрослел, и поднимает серьезные темы. Теперь герой-одиночка ищет пути избавления от злосчастий. А шоу продолжается. В данной фарсовой зарисовке ансамбль актеров свободно и естественно обжился, не скатываясь в фиглярство и кривлянье, присущее, казалось бы, жанру. Главную роль господина Мокинпотта исполняет Петр Артемьев, в багаже у которого страстные глубокие роли Раскольникова, Треплева, шиллеровского Президента, бунтаря-музыканта Валорэна. Тем неожиданнее трактовка образа «маленького человека» в его исполнении. В таком фактурном герое не заподозришь изначально сформированную уязвимость. Мокинпотт Артемьева – это крепкий индивид, попавший в жернова равнодушной машины. И можно позавидовать физической и душевной выносливости актера, исполняющего бесчисленные трюки. На протяжении действия его сопровождает якобы Друг (а что такое дружба в нынешней системе ценностей?). Его роль исполняет Дмитрий Блинков. Он, как всегда, легок, элегантен, убедителен и себе на уме. А приплюсованная к этому образу роль Любовника жены придает сюжету дополнительную остроту. Череду ярких образов представил публике Антон Ребро. Актер в полной мере реализовал иронические и саркастические грани своего дарования и насытил свое пребывание на площадке живым юмором. Гротеск и буффонада – его стихия, и он купается в ней, как паломник в святом источнике. Мастерски использованы творческие возможности Елены Мальцевой-Корзухиной. Она также играет несколько ролей, и её персонажи запоминаются своеобразной манерой исполнения. Изящное, временами дурашливое, но деликатное существование девушек (Алина Тягловская, Татьяна Кучурина, Надежда Зуева) радует глаз. Затаенная харизма Дмитрия Олейникова добавляет колорит тревожной сцене. Эта сплоченная команда своей игрой может заменить множество спецэффектов. Финал не проговаривается словами. Слова, слова, слова… Ими проповедуют, но им не соответствуют. Господин Мокинпотт освободился от надежд и претензий. В его руках опять оказывается камень, к которому был прикован в начале спектакля. Камень преткновения, философский камень, воплощение злосчастий. Легко, с размаху он избавляется от него. В его мозгу звучит взрыв, привычный мир разрушен до основания, а затем... Что затем? Еще эхом отзываются отголоски общественных катастроф, звучит восточная музыка. Но внутренняя реальность отличается от внешней. Человек сел посреди осколков своего личного мироздания, на голову ему сверху сыплется седой пепел. У него нет больше необходимости требовать объяснений. Нет необходимости доказывать что-либо (что?) кому-то, никому-нибудь. Он больше не стоит с протянутой рукой там, где предлагают мнимые духовные скрепы. Он остался наедине с собой, лицом к лицу. Закат догорает в тишине, следующей за эпилогом. От молчания до безмолвия…В этой щемящей пустоте остается место ответу. Обязательно пойду еще раз проверить свои ощущения. Режиссер оставил много ловушек, которые можно трактовать по-разному. Отзываются они в зависимости от культурного багажа и остроты ума зрителя. И наверное, от сиюминутности сложившихся настроений и чаяний. Не все успеваешь удержать, расшифровать, не хватает времени привести в порядок нахлынувшее. Да и не надо. Дойти до финала вместе с героем, избавиться от комфортной шелухи. А вот что делать дальше, каждому придется решать самому. Показ спектакля 12, 13, 31 мая, билеты уже в продаже.