Top.Mail.Ru
Все новости
Все новости

Мэри Поппинс вышла замуж

История, которую рассказала нам Надежда Стефанцова, похожа на сказку. Три мальчишки и три девочки, живущие в Германии, Австрии и Америке, ждут возвращения своей русской Мери Поппинс. Правда, для американцев Йена, Эластара, Еллисон и Саманты она стала...

Поделиться

Поделиться

История, которую рассказала нам Надежда Стефанцова, похожа на сказку. Три мальчишки и три девочки, живущие в Германии, Австрии и Америке, ждут возвращения своей русской Мэри Поппинс. Правда, для американцев Йена, Эластара, Эллисон и Саманты она стала, скорее, самой лучшей подругой. Немецкая девочка Селин в первый же вечер знакомства, улыбаясь, попросила ее: «Надя, будь моей старшей сестрой». И только малыш Бернхард признал ее коллегой сказочной няни. Когда она снова прилетела в Австрию год спустя, он прижался к ней и прошептал: «Я тебя так ждал. Наконец-то ты вернулась».

Я совершенно не думала о том, какой должна быть няня. Тяжела ли эта работа? Справлюсь ли я? После третьего курса университета узнала о программе Au Pair Cultural care, заполнила анкету и стала ждать. Долларовые заработки меня не интересовали. Я мечтала о языковой практике и знакомстве с другой культурой. Запад, который мы стремимся догнать и перегнать, манил меня своей неизвестностью.

Урок первый: не лезь со своим уставом

Поделиться

Главные требования к иностранной няне: знание языка, умение водить автомобиль, возраст до 26 лет. Я подходила. Но, как оказалось, американская семья из города Херши, где делают знаменитый шоколад, выбрала меня потому, что я люблю спорт. В аэропорту меня встречали папа Дэвид и четверо детей: Йен, Эластар, Эллисон и Саманта. Мама была в командировке. Поначалу дети показались мне спокойными и тихими, но впечатление было обманчиво. Более живых, подвижных детей я еще не встречала. Они занимались всем: футболом, плаванием, греблей, горными лыжами, художественной гимнастикой, велосипедным спортом, катанием на роликах... После школы – спортивные секции, а вечером – подвижные игры на лужайке возле дома. И в этом наши интересы совпали.

Но мое наивное желание покормить детей вкусненькими изысками русской кухни потерпело полное фиаско. Нет никого консервативнее американских подростков, причем они не станут этого скрывать. Их возмущение было бурным и обидным. Дети отвергли мою «иностранную» курицу и предпочли пообедать чипсами. Я едва сдержала слезы. На этом мои эксперименты закончились. Я сказала себе: все правильно, не навязывай своей культуры и привычек в чужой стране, если этого не хотят. Не они приехали в твою страну, ты к ним приехала, поэтому должна впитывать их культуру, принять их нравы и устои.

Я стала готовить только то, что ели в этой семье всегда. Хозяйка Хайди специально купила грифельную доску и написала на ней меню на неделю: понедельник – макароны с сыром, вторник – картофель, среда – обед у бабушки, четверг – рис, пятница – пицца... И почти никакого мяса – я попала в семью вегетарианцев. Блюда не менялись на протяжении всего года. Если я хотела внести коррективы, то должна была получить согласие. Мне было больно видеть, как мои дети ели на обед чипсы или салат с большим количеством уксуса. Хотелось закричать: что же вы делаете?! Но я сдерживалась, ведь для них это нормально.

Урок второй: не спеши с выводами

С первого дня я почувствовала расположение семьи, оно было искренним. Дети показали мне дом, а потом провели к отдельно стоящему гостевому домику, где мне предстояло жить. Там меня ждали знаки внимания: пушистый халат, большая кружка для традиционного американского завтрака (молоко и хлопья), до краев наполненная «Херши-киссис», фотоальбом. Было приятно – меня ждали, обо мне думали.

Но в этот же день предстояло еще одно знакомство – с бабушкой и дедом, которые жили через дорогу. И вот тут пришлось поежиться: бабушка смотрела неласково и даже враждебно. До моего приезда детьми занималась она. Теперь эти четыре сокровища перешли в чужие руки. И будни мои начались печально. Я две недели была «невыездной», потому что не знала дорог. А бабушка не спешила мне их показывать.

С утра надо было накормить всех завтраком и помочь собраться в школу, затем выстирать гору одежды, прибрать дом, приготовить обед. Но все-таки большую часть времени я занималась детьми. Уроки они делали сами, но игры, спорт и разговоры – только со мной.

Поделиться

Ностальгии по дому не было. Может быть, потому, что я очень ответственный человек, а у меня было так много обязанностей. И когда семья задала мне вопросы про культурный шок и ностальгию... я не знала, что сказать – мне некогда было анализировать свое психологическое состояние. Я так быстро вошла в бурный жизненный ритм этой семьи, когда с шести утра до десяти вечера живешь в темпе заведенной машины. Мне все было интересно, я рвалась в Нью-Йорк, который был всего в четырех часах езды на автобусе.

Через две недели я села, наконец, за руль минивэна Pontiak и стала осваивать географию, периодически выслушивая ворчания бабушки, что ничего не запоминаю. Как я могла запомнить, если все внимание было сосредоточено на автомобиле? Навыки вождения у меня были. Но в Челябинске я водила «москвич-412», а там в мое распоряжение предоставили целый микроавтобус, да еще и с коробкой-автоматом. Я первое время боялась ко всему прикоснуться в нем... Но не обижалась на бабушку, старалась быть с ней вежливой и доброжелательной. Я понимала, что это естественная ревность.

Еще через два месяца убедилась, что мы с бабушкой стали лучшими подругами, что она приняла меня, полюбила. В этот день я попала в автомобильную аварию. Мой автомобиль зацепил огромный трак. До сих пор у меня остался страх перед фурами, готова глаза закрыть при встрече с ними. Моей вины в аварии не было. А шок был: помят чужой автомобиль, мой английский еще так плох – как я объяснюсь с полицейским, что скажу хозяевам? Но полицейский оказался веселым парнем, он начал успокаивать и подбадривать меня. А когда свидетельница аварии позвонила моей семье, то первое, что я услышала из телефонной трубки: «Наша Надя в порядке?» Это спросила бабушка. Потом то же самое спросила Хайди. Когда я заплаканная приехала домой, они обняли меня и сказали: «О чем ты плачешь? Это всего лишь жестянка, а ты для нас – член семьи».

Вот это, пожалуй, был самый неожиданный и очень приятный урок.

Урок третий: «Keep smiling!»

В мои обязанности не входило готовить обеды на всю семью, но я это делала. Со временем большую часть забот о семье я взяла на себя, потому что видела, насколько уставшими были родители. Дэвид постоянно в командировках. У него свой бизнес и он летал то в ЮАР, то по Штатам, дома практически не бывал. А Хайди работала педиатром и параллельно училась в аспирантуре последний год. Ее тоже сутками не было дома, она детей почти не видела. Поэтому я старалась освободить их от хозяйственных забот, чтобы они могли больше с детьми общаться. А мне во всем помогала бабушка. Благодаря ей я еще успевала брать лекции по немецкому языку в местном университете.

И все-таки через полгода произошел конфликт с хозяйкой. Хайди вдруг обиделась, что у меня контакт с детьми лучше, что я больше умею, чем она. Это тоже был всплеск ревности. Я собрала все эмоции в кулак и стала спокойно объяснять, что у меня было только большое желание им помочь. Что я могу взять на свои плечи чуть больше, видя, насколько они сейчас заняты. Она поняла, потом извинялась и очень благодарила меня. Значит, люди всегда способны понять друг друга, даже если они говорят на разных языках и воспитаны в разных культурах. Надо только очень этого хотеть.

Я вернулась из Америки другим человеком. Во-первых, теперь точно знаю, как буду воспитывать своих детей (об этом расскажу ниже). А во-вторых, я научилась улыбаться наперекор всему. Улыбка американцев – это не фикция, это очень серьезная штука. «Keep smiling!» – с этим они выходят утром из дома, каким бы ни было их настроение. И это не пустой позитив, это призыв быть бодрым, преодолевать, побеждать. Как это важно в современной жизни. И особенно у нас.

Урок четвертый: «I love you!»

Поделиться

Но самым важным уроком на будущее стали для меня взаимоотношения в большой американской семье. Несмотря на то, что у родителей было мало времени, что они очень уставали, Дэвид и Хайди всегда находили хотя бы минутку для общения с детьми. Даже так бывало: если есть возможность, родители днем приезжали в школу, чтобы поговорить с детьми, подбодрить их на переменке. Просто на газоне посидеть, воздухом подышать.

А вечером традиция общения такова: за ужином все брались за руки, читали молитву, потом ели и обсуждали, как прошел день. Что произошло у каждого, почему и как можно было повлиять на ситуацию. Мне самой было интересно рассказать, например, как прошли занятия в университете, как я выступила... Я видела, что детям интересны проблемы взрослых. Не говоря уже об обратном. Даже настроение обсуждалось.

Если кто-то провинился в этот день, на него не кричали и не грозили наказанием – предлагалось подумать, что сделано не так. Позднее я прочитала об этом в литературе: не наказание помогает делать выводы ребенку, а пауза (brake), чтобы он осознал свой поступок. И лишь потом этот поступок можно спокойно обсудить.

Выходные всегда были семейными – мы вместе шли в церковь, за покупками, гуляли, занимались спортом. Так было не только в нашей семье, но еще в 15 семьях, с которыми мы общались. Я сделала вывод: так живет Америка. Это страна счастливых семей, где каждое утро, каждый вечер, при встречах и расставаниях, в конце каждого телефонного разговора родители и дети говорят друг другу: «I love you!»

Урок пятый: лучшее лекарство от депрессии – работа

Прощание наше стало катастрофой. Было невыносимо тяжело. Я собирала чемодан. Хайди и дети уехали в школу и на работу, едва сдерживая слезы. Бабушка возвращалась в дом пять раз под разными предлогами. Наконец, сказала, что ей очень трудно со мной проститься. Дэвид подарил мне книгу «Винни Пух», в которой написал: «Каждый родитель должен подарить своему ребенку книгу, пусть эта книга всегда напоминает тебе о нас». И большой конверт, который просил открыть только дома.

В аэропорту я так плакала, что таможенники забеспокоились. Но все поняли, когда я сказала: вы знаете, что такое навсегда уезжать из своей семьи? Конечно, я не удержалась, открыла конверт в аэропорту и нашла там множество простых мелочей, которые дороги были семье, они до сих пор напоминают мне о ней.

Поделиться

В России у меня началась глубокая депрессия. Чтобы выйти из этого состояния, я решила догнать свой курс, от которого отстала. Начала заниматься день и ночь. В моей жизни были только университет, книги, курсовые, рефераты. Я сдала все экзамены за два курса в течение трех месяцев. Педагоги так испугались за мое здоровье, что не допустили сразу к госам, отправили в академ.

Что делать? Снова стать няней! В Штаты поехать не получилось, уже не было той программы. И я самостоятельно нашла семью в Германии. С рекомендацией от американской семьи в этом не было особого труда. Моя новая воспитанница сразу излечила меня от депрессии. В первый же вечер восьмилетняя Селин спросила: «Ты хочешь стать моей сестрой? Я очень этого хочу!» И мы с ней стали сестрами, а когда ее мама уезжала на несколько дней (она тоже параллельно училась и работала), девочка иногда называла меня мамой. Назовет и улыбнется. Веселая, смышленая.

Если у американцев на первом месте семья, то у европейцев – карьера, работа. Поэтому детям уделяется гораздо меньше времени и внимания. Однажды Селин серьезно поссорилась с одноклассницей и сильно переживала. Мама от нее отмахнулась: «Ничего, справишься». Я сама пошла в школу и постаралась помочь девочке. Увы, россияне в этом смысле стали больше походить на европейцев.

Урок шестой: культура – самый доступный язык общения

В Австрию я поехала работать после защиты диплома. И попала в семью, очень мне близкую по духу. Впервые я почувствовала интерес к русской культуре и полное одобрение моего стремления путешествовать, бывать в музеях, театрах. Томас и Надя (я стала в семье Надей второй), Надины бабушка и прабабушка всячески поощряли мой интерес к искусству и архитектуре: всю неделю делали для меня вырезки из газет о новых выставках, концертах, прибавили жалованье, чтобы я могла покупать билеты.

До Вены было 40 минут езды. Бабушки всегда с нетерпением ждали моего возвращения из столицы, моих рассказов и впечатлений. Как оказалось, интересы прежней няни вызывали у них полное недоумение. Она увезла из Австрии 37 пар обуви.

Поделиться

Я объехала практически всю страну, а летом мы всей семьей на две недели отправились в Альпы. Сняли домик в горах и покоряли горные вершины. Все туристские тропы исходили.

Но самым большим моим желанием было попасть на традиционный рождественский бал в Венской опере. Однако билеты на него проданы были еще в сентябре. И семья, чтобы компенсировать такую потерю, подарила мне билеты на премьеру балета «Ромео и Джульетта» в этом старейшем театре Европы.

Меня часто спрашивают, где понравилось больше. Не могу разделить эти три абсолютно разных страны и выбрать только одну. Штаты меня очень изменили, Германия стала для меня мостиком между США и Австрией. Австрия же – настоящим культурным шоком в хорошем смысле.

Но главное – у меня появились три родных мне семьи. Мы постоянно переписываемся, обмениваемся фотографиями, на Рождество шлем друг другу подарки. Они постоянно приглашают приехать. Дети очень выросли. Мой трехлетний воспитанник Бернхард стал таким взрослым. Он так стремительно бежал мне навстречу в аэропорту, кинулся на шею, прижался: «Надя, я тебя так ждал, наконец-то ты вернулась».

Звезды императрицы Сиси

История, рассказанная такой доброй, умной и старательной няней, не могла не закончиться настоящим хеппи эндом. На днях наша героиня вышла замуж. Свою вторую половинку она встретила в Германии. А признание в любви и первый огромный букет роз ее ждали в Вене. С этим городом Олега и Надю связывают самые романтические воспоминания. Их свадьба состоялась в Челябинске, но Надя мечтает вновь надеть подвенечное платье в Вене и украсить волосы звездами императрицы Сиси.

Поделиться

Это особенная история. О Елизавете Габсбургской (Сиси) Надя узнала, гуляя по дворцам и музеям австрийской столицы. Незаурядность этой женщины ошеломляла. На одном из парадных портретов длинные волосы красавицы-императрицы украшали заколки в виде звезд из бриллиантов. Их называют звездами счастья.

Надя не могла устоять, она купила такую заколку в Шенбруннском замке – на счастье. Хотя сегодня ювелиры украшают заколки императрицы всего лишь стразами Сваровски, они недешевы. Еще четыре таких звезды ей потом подарили австрийские бабушки.

Когда Надя показала им первую звезду и рассказала, как очарована Елизаветой, они переглянулись. С того дня, когда девушка им в чем-то помогала, стали дарить ей деньги на звезды. Пока их не стало пять. Когда Надя заколола волосы, они сказали: «Достаточно, теперь к ним нужно королевское платье, а оно может быть только свадебным».

Надежда СТЕФАНЦОВА

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter