Претенденты на пост главного архитектора Челябинска рассказали, какие решения чиновников изменили бы

3 декабря в мэрии назвали трёх кандидатов на должность главного архитектора города, прошедших отбор в кадровый резерв. Всего на пост претендовали 10 человек. Собеседования заняли больше трёх часов, но мы задали всем только один, но очень показательный вопрос: если бы можно было изменить решения чиновников из архитектуры, что бы вы исправили?

Кирилл Кугаевский (вошёл в кадровый резерв):

— Самая главная проблема — расширение дорог. Попытки разгрузить трафик, делая ставку на личный транспорт, обречены на провал в миллионном городе. Это вопрос не мнений, а компетенций. Если вы считаете, что расширение дорог способно избавить от пробок, значит, вы просто некомпетентны. Мне режут глаз десятиполосные дороги, которые в часы пик стоят забитые, а всё остальное время — пустые. Хотя каждый квадратный метр городской территории — это большая ценность.

Николай Седлер из Екатеринбурга:

— В Челябинске бываю редко и не хочу высказываться плохо о коллегах. Многие критикуют тот факт, что в своё время была реализована программа реконструкции улично-дорожной сети. Отличная программа! Нужно ещё использовать то, что осталось с советских времён. Например, хорошо развитую трамвайную сеть.

Павел Крутолапов (вошёл в кадровый резерв):

— Четыре пункта: дорожная революция в полной мере как факт свершившегося без учёта научно-изыскательских данных; «Академ Riverside» как безвозвратное воздействие на основную доминанту города — реку Миасс; разрастание посёлков вокруг Шершней без транспортной, пешеходной связанности. И микрорайон Парковый сюда же.

Владимир Спиридонов из Екатеринбурга (вошёл в кадровый резерв):

— В Челябинске бываю с промежутками в несколько лет. Изменить хотелось бы многое. В первую очередь — центр города и пространства вдоль реки Миасс. Я сейчас не готов однозначно высказаться.

Анатолий Романов из Екатеринбурга:

— В Челябинске бываю частенько, у меня здесь много друзей. Идёшь по улице, а остановиться негде, нет интересных мест. Если их сделать, то вы сами удивитесь, как преобразится город.

Валентина Гадальшина:

— На Кировке режет глаз диссонанс. Синий высотный комплекс душит, подавляет исторический центр. А хочется погрузиться в атмосферу старины, культурного наследия.

Мирослав Данильчук:

— Поражают спонтанность и стихийность принятых решений в Челябинске. Например, улица Молодогвардейцев. Из неё можно было сделать конфетку, а не свалку. Начнём с зелёного дома, затем сине-красно-жёлтый дом, потом идёт угловая башня, дальше здание с какой-то «бумажной архитектурой» — того и гляди эти «картонки» посыплются, потом видишь оранжевое здание с «бородавками», затем дом с некими французскими балкончиками, которые на самом деле выглядят как надворные туалеты в деревне.

Татьяна Баль:

— Я против подземных переходов, потому что в них ступеней меньше, чем в наземных, но я бы изменила проект, который планируют сделать возле филармонии. Считаю, что каждый объект можно довести до ума. Например, красное здание на Зелёном рынке.

Сергей Якобюк:

— Таких мест очень много, это весь город Челябинск.

В комиссию вошёл президент Союза архитекторов России Николай Шумаков. Он, конечно, не проходил отбор, но тоже высказал своё мнение о городе.

— Я побывал в сортире, и интерьер соответствует этому зданию: всё очень демократично, — с иронией высказался Шумаков. — А если серьёзно, я сам из Коркино, у меня там родители похоронены. Я приезжаю туда, и страшно становится. Настоящее гетто. В Челябинске не такая страшная ситуация, это город с хорошей перспективой, не мёртвый, как Коркино. Здесь нужна политическая воля, я прежнему губернатору это говорил, а новому ещё нет: не было такой возможности.