24 июня понедельник
СЕЙЧАС +26°С
  • 30 мая 2019

    Комментировать стало проще!

    Друзья, это случилось. Мы убрали бесячие капчи, это те картинки, без которых нельзя было оставить комментарий. Теперь вы просто пишете своё мнение и сразу отправляете его. Давайте общаться!

    16 мая 2019

    Мы обновили 74.RU

    Если вы видите это сообщение, значит попали в 50% пользователей, которым мы уже готовы предложить наш новый дизайн! А чтобы вы быстро разобрались, что мы сделали и зачем, специально подготовили небольшую пояснялочку.
    Если возникли какие-то проблемы, пишите в нашу техподдержку support@iportal.ru.

    Подробнее
    7 мая 2019

    Авторы выходят из тени

    На 74.RU появилось интересное обновление. Теперь, щелкнув на фамилию автора (она указана под каждой статьёй), вы попадете на его персональную страничку. Там собраны все материалы этого журналиста. А еще указаны его почта и странички в соцсетях, так что делитесь мнением или идеей напрямую с автором.

    Еще

Разборки с членистоногим: опыт победы

Поделиться

Утром, когда надевал носки, почувствовал на голени левой ноги маячок тупой боли. Кто здесь?! Ага, клещ присосался. Гад. Первой мыслью было попытаться самостоятельно его извлечь – пинцетом или нитками. Передумал. Раз уж присосался, все равно придется какие-то медицинские процедуры проходить. Вот пусть врачи его и вытаскивают. Вторая мысль перемешалась с третьей: похоже, я его подцепил на трассе, когда выходил из машины сделать кое-что важное, и где медицинский полис? Полис – бумажка вредная, всегда норовит затеряться где-нибудь.

Поиски продолжались дольше, чем хотелось бы, но увенчались успехом. Куда ехать? Виноват, был не в курсе, к какой поликлинике прикреплен мой дом. Подозревал, что в любом травмпункте вытащат. Поехал в областную клиническую больницу №3. Настроение неспокойное: наверное, чем дольше клещ сидит во мне, тем больше вреда приносит? Хотя вряд ли. Присосавшись, он свое черное дело уже сделал.

– Страховка есть? – нервный мужчина в служебной униформе, вытянув голову, бросает взор на моего клеща.

– Нет.

– Понятно, – явно не одобряет врач. – Где поймали?

– Скорее всего, на трассе, в районе Сатки, – пожимаю плечами.

– Понятно. Сколько весите?

– Где-то 80 с хвостиком, – отвечаю. – Не могу точно сказать.

На полу лежат весы, врач подпихивает их к моей ноге с клещом. Встаю. Ровно 80.

– В общем так, – мужчина достает ручку, листочек и начинает нервно записывать названия лекарств, которые мне понадобятся, а также периодичность приема. Тем самым «профессиональным почерком», который, как правило, с правописанием имеет очень мало общего. Впрочем, он произносит эти названия, и я очень пытаюсь запомнить, потому что на листочке действительно какой-то шифр.

Прохожу в соседнюю комнату, девушка в маске легко вытаскивает из моей ноги клеща и пытается засунуть его в длинный колпачок из-под иглы для шприца. Клещ падает на пол, кажется, шевелится, гад, но не уверен – уж очень крохотный, таких надо с лупой разглядывать. «Полностью вылез?» – спрашиваю. Девушка, утопив-таки клеща в колпачок, вручает мне это хозяйство, а вопрос остается без ответа. Мне почему-то все-таки кажется, что башка кровопийцы могла остаться под кожей. Еще раз интересуюсь, и мне отвечают: «Да они все так выходят». Ну и ладно.

Итак, надо купить лекарства, сдать клеща на исследования, поставить укол иммуноглобулина, выпить первую дозу антибиотика (в одной из строчек шифра – доксициклин) и встать на учет у инфекциониста в своей поликлинике. Врач безапелляционно отправляет на Российскую, 15а. Сомневаюсь, что именно там находится «моя» поликлиника, но поскольку в местном роддоме когда-то «гостила» жена, то тамошний больничный городок все-таки имеет некую территориальную привязку и ко мне.

В голосе аптекарши слышится сочувствие, когда она озвучивает стоимость иммуноглобулина. Пять тысяч триста пятьдесят рублей. Не хочется вот так покорно с ними прощаться, поэтому звоню жене друга, которая работает фельдшером. «Наташ, может быть, мне сначала клеща сдать на исследования, результат получить, а потом уж, если понадобится, и иммуноглобулин покупать?» – спрашиваю. И получаю в ответ категоричное: «Покупай и колись». Что ж, надо так надо. Комсомольский проспект, 45а – здесь моего клеща будут исследовать. Сначала заполняю договор на оказание услуг, отдаю гада и 1060 рублей (предполагается анализ на энцефалит и боррелиоз) и набираюсь терпения – результаты будут готовы к завтрашнему вечеру. Ну а пока нужно встать на учет там, куда и посылали, то есть на Российской, 15а.

Приезжаю к месту назначения. На табличке перед расшатанными дверями – «Андрологический центр». Не совсем то, что нужно, но в этом здании, вероятно, есть специалисты и по моей теме (врачи ведь знают, куда посылают). Прохожу в огромное помещение, по периметру которого сидят грустные люди, человек пятнадцать. Кое-кто почти спит. А у кабинета №1 – самые невеселые, с костылями и перебинтованными конечностями, включая молодого человека с багровой, на пол-лица гематомой. Не иначе как травмпункт. Снова сомневаюсь, что меня правильно сюда отправили. Впрочем, ну и ладно, хотя бы укол здесь сделают.

Ждать приходится долго. И вдруг раздается дикий, прямо какой-то первобытный крик.

– Антонов! – кричит длинный худой врач, вышедший из кабинета №1. Народ сразу просыпается.

– Антонов! – оглушительно раздается еще раз. Худой, но легкие у него хорошие.

Антонов не откликается, и врач, по-армейски развернувшись на 180 градусов, уходит обратно в кабинет, сильно хлопнув дверью. От стены отваливается кусок штукатурки.

Очередь доходит и до меня. Кроме Худого в кабинете еще двое молодых людей в белых халатах, похоже, практиканты. Белобрысый парень и девушка, безмятежно юная, в красивых глазах которой читается вопрос: «Зачем я здесь?»

– А вам не сюда надо. Вам надо к инфекционисту в вашу поликлинику, он и укол поставит, – говорит врач.

Я не очень удивлен, но жалуюсь на зря потраченное время.

– Ну как же, полтора часа просидел. Может, поставите все-таки?

Худой неохотно внемлет просьбе, переводя взгляд на практикантов.

– Уколы ставить умеете?, – спрашивает он, в голосе сквозит раздражение.

Практиканты кивают, но как-то неуверенно. Мне становится неуютно, и я убираю иммуноглобулин в сумку, собираясь на выход.

– Ну ладно, сам поставлю! – решается врач. – Идите вон туда, снимайте штаны.

Гуманно.

Оказывается, иммуноглобулин принято хранить при температуре 2-8ºC, и если долго носить его с собой в теплую погоду, он может испортиться. А погода и была теплая, и Худой немного ворчит по этому поводу. Укол получается болезненным. Врач комментирует свои действия, практикантка смотрит, набирается опыта. Когда встаю с кушетки, ватка со спиртом падает на пол, и девушка спешит помочь, смачивает еще одну, протягивает мне. «Но я же не вижу, куда прикладывать», – улыбаюсь. Практикантка в легкой растерянности, сразу видно: не будет она ко мне прикладываться. Ну и ладно, какие ее годы.

Вручив памятку «Внимание, клещ!» с адресами лабораторий, Худой отправляет меня в поликлинику на улице Каслинской. Ту, что рядом с церковью. Это уже неподалеку от дома, в котором я живу, видимо, моя та самая. Занимаю очередь к инфекционисту, вижу пафосное объявление про бахилы и иду в местную аптеку. Там другая очередь, более динамичная. Молодой врач отоваривается плитками гематогена, пытается сгрести их в охапку, и тут перед ним появляется недовольная женщина с красным лицом. «Вы что мне выписали? – негодует она, потрясая перед лицом врача колбой с прозрачной жидкостью. – Мне же другое надо! Вы что, хотите, чтоб мне хуже стало?!» И сует колбу в аптечное окошко: «Заберите это, мне другим надо протирать!» Врач в смятении, бурчит что-то невнятное, всматриваясь в свой рецепт. «Что вы так кричите? – аптекарша забирает колбу и возвращает деньги. – Ну-ка, выйдите из аптеки!»

«Н-да, – подает голос мужчина из очереди, когда женщина и врач с гематогеном уходят переписывать рецепт. – Врач называется. Я у него был, у врача этого». «Да ладно вам, он молодой, только что из академии», – защищает парня аптекарша. Приходит мысль, что не все так плохо в медицине, если в профессию приходят молодые.

Инфекционист встречает вопросом: «Когда и где клеща подцепили?»

– Ну они же не отчитываются, где на людей кидаются, – пытаюсь шутить.

– Это надо для Роспотребнадзора, для статистики, в каких районах клещей больше всего попадается, – терпеливо объясняет врач.

Что ж, вспоминаю про Сатку. Между тем помощница инфекциониста, порывшись в каких-то бумагах, объявляет, что мой дом не относится к этой поликлинике. «Нет, – думаю. – Никуда отсюда не поеду». К счастью, возможен компромисс. «Вы подойдите в стол справок, скажите, что хотите в нашей поликлинике обслуживаться». И, действительно, все просто. Три минуты, и вот я полноправный пациент местного медучреждения. Инфекционист прописывает мне другой антибиотик под названием «Юнидокс солютаб» (по ее словам, тот дешевый доксициклин, что я купил за 60 рублей, менее эффективен) и советует два раза в день измерять температуру.

– Когда клеща исследуют, позвоните нам, – говорит врач на прощание. – В любом случае.

Думаю, что, окажись мой клещ «чистым», буду ему даже благодарен.

…Вечером следующего дня за стеклянной дверью с надписью «Выдача результатов» меня встречают две новости: одна хорошая, другая не очень. Напротив «Энцефалита» значится «Не обнаруж.», а вот в графе «Боррелиоз» – «Обнаруж». Ох.

И что, много таких результатов? – спрашиваю деловитую девушку за стойкой.

Да, – отвечает она. – Через одного зараженные. В прошлом году намного меньше было.

Теперь, начитавшись тревожной информации из Интернета про боррелиоз (или болезнь Лайма), пью антибиотики и обещаю себе быть осторожнее. Через десять дней сдам кровь на наличие антител против боррелий. Утешаю себя новыми знаниями о том, что если клещ сосал кровь меньше 24 часов, то вероятность заболеть равна нулю. На днях страховку оформлю, чтоб новое покушение дешевле обошлось, если что. Куплю репеллентов и штанины буду в носки заправлять. Ну и вы себя берегите!

Поделиться

Увидели опечатку?
Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter