Кто сдал назад? Водитель фургона сбил пожилого челябинца возле поликлиники, но уголовное дело прекратили

Водитель фургона, сдавая задним ходом не заметил и сбил 90-летнего челябинца возле поликлиники, когда тот шел домой после приема у врача. Пострадавшего на скорой увезли в больницу, и через три недели он скончался. Водитель вину не отрицал, по факту аварии после смерти пенсионера возбудили уголовное дело. Но в августе расследование прекратили, и сидевшему за рулем человеку теперь грозит только лишение прав. Семья погибшего в шоке и не согласна с решением полиции.

С просьбой о помощи в редакцию обратилась семья Владимира. Под колеса грузовичка 90-летний пенсионер попал 21 апреля этого года — около 10:30 вышел из поликлиники на Комсомольском проспекте и неторопливо направился в сторону дома, когда сзади на него наехал автомобильный фургон. Приближения машины пожилой человек, вероятно, не услышал — ни обернуться, ни отойти в сторону, судя по записям с камер, даже не пытался.

О том, что произошло, семья пенсионера узнала не сразу. Владимир жил вместе с женой, но она в то утро как раз уехала в сад и даже не знала, что супруг не вернулся из поликлиники.

«Она приехала домой на следующий день и увидела, что он не ночевал дома. Позвонила мне: „Дядя Вова пропал“, — рассказала племянница погибшего Наталья. — Я спросила, куда он мог пойти, тетя ответила, что он собирался в поликлинику. Мы договорились, что он сходит в поликлинику и попробует узнать, был ли он на приеме у врача или нет, ведь человеку две недели оставалось до 90 лет. И когда тетя пришла в поликлинику, ей сказали, было ДТП».

Довольно быстро семья выяснила, что пострадавшему после аварии вызвали скорую, и врачи увезли Владимира в третью областную больницу на проспекте Победы. Вечером супруга даже смогла попасть к нему в палату.

«Он тогда еще был в сознании, разговаривал, — поделилась Наталья. — Меня не пустили к нему в палату, но я слышала его голос. Врачи еще сказали, что нужно ставить кардиостимулятор, что он должен дать согласие. Владимир сказал, что он не против. А на следующий день ситуация изменилась, и он уже был в таком состоянии, что не понимал, что происходит. 6 мая его выписали. Сам он уже не ходил, передвигаться вообще не мог. И в ночь на 10 мая умер».

Первоначально материалы по аварии находились в ГАИ, но после смерти Владимира их передали следствию городского управления МВД — для возбуждения уголовного дела. В июне начали разбирательство по части 1 статьи 264 УК РФ — о нарушении правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности тяжкий вред здоровью человека. Мы спросили в полиции, почему выбрана была не часть 3 той же статьи — о причинении по неосторожности смерти человека. Силовики объяснили: между аварией и смертью пенсионера прошло много времени, и однозначно о связи этих событий сказать уже было нельзя.

По делу назначили несколько экспертиз, опросили свидетелей. Первичные показания по обстоятельствам ДТП давал и предполагаемый виновник, 23-летний водитель автофургона.

«Двигался задним ходом по парковке с включенным звуковым сигналом, почувствовал толчок, — рассказывал водитель во время опроса. — Включил аварийную сигнализацию, заглушил двигатель и, выйдя из салона автомобиля, увидел, что совершил наезд на пешехода».

Что именно фургон с надписью «Автозапчасти» делал на территории поликлиники, неясно. Но вину в аварии водитель не отрицал. Однако в августе родным погибшего пенсионера объявили: расследование уголовного дела будет прекращено.

«Следователь мне сказал, что дело прекратят в связи с тем, что смерть наступила в результате естественных причин», — возмутилась родственница погибшего.

В постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела (копия есть в распоряжении редакции) следователь ссылается на результаты судебно-медицинской экспертизы. Их в рамках расследования было даже несколько. Сотрудников областного бюро судебно-медицинской экспертизы просили ответить, какие травмы были у пенсионера и связана ли смерть Владимира с тем, что он оказался под колесами автомобиля незадолго до этого. С обывательской точки зрения ответ кажется очевидным, но эксперт сделал неожиданный для родных погибшего вывод.

В экспертизе подробно описаны все травмы на голове и груди — кровоподтеки, ссадины, перелом правого ребра — с формулировкой «старые».

«Указанные травмы образовались не менее чем за три недели до наступления смерти в результате травматического воздействия», — расшифровала эксперт формулировку.

Но стать причиной смерти описанные травмы не могли.

«Смерть наступила от заболевания системы кровообращения — тромбофлебита глубоких вен, тромбоза вен, осложнившихся развитием тромбоэмболии, острой легочно-сердечной недостаточности, отека головного мозга, отека легких, — говорится в заключении. — Каких-либо механических повреждений, могущих обусловить смерть или способствовать ее наступлению, в ходе судебно-медицинской экспертизы обнаружено не было».

Родные Владимира с результатами экспертизы не согласны категорически. По их словам, до аварии пенсионер вел достаточно активный для своего возраста образ жизни, летом много времени проводил в саду, куда ездил с женой на электричке. Да, проблемы со здоровьем к почти 90 годам имелись, но критичными родственники их не считают. На вопрос о том, есть ли связь между ДТП и смертью пенсионера, отвечают однозначно.

«Конечно, — высказалась племянница погибшего. — Смотрите, человек идет по территории поликлиники. Он шел на своих ногах, в здравом уме, в памяти. Его сбивает машина, и он умирает через какое-то время. Я, конечно, не врач, но если мы всё это [диагнозы из заключения] погуглим, то я на своем уровне не-медика понимаю, что — да, это связано. И я думаю, что просто пытаются скрыть смертельный случай, скрыть аварию на территории поликлиники».

Если бы не авария, Владимир мог продолжать активную жизнь, считают родные.

«Одно дело, когда молодой человек получит такую травму, — отряхнулся да пошел, а другое дело, когда человеку 90 лет, — поделилась Наталья. — Но ведь он же шел, он же был на ногах, он двигался, он ездил в сад на электричке».

Смущает племянницу и то, что при расследовании, по ее словам, никак не изучалась запись с моментом ДТП.

«Когда я звонила, следователь мне сказал: „Видео никакого не было“. Хотя дознаватель мне сказала, что она отправила всё руководителю органов дознания, — поделилась Наталья. — Я думаю, что это всё не просто так. Что-то, так сказать, мешает нормальному расследованию. В МВД я разговаривала со следователем, спрашивала: „Вы общались с виновником?“ Он полистал материалы: „Нет, никто не общался“. То есть помимо его первоначальных объяснений других данных нет».

Редакция направила запрос по расследованию в городское управление МВД, и там подтвердили, что постановление о возбуждении уголовного дела было отменено — из-за «отсутствия признаков преступления».

«Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз, проведенных ЧОБСМЭ, смерть мужчины наступила от заболевания и не находится в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, — говорится в ответе полиции на запрос. — Кроме того, установлено, что повреждения, полученные им в результате ДТП, не имели признаков вреда здоровью, опасного для жизни человека, не сопровождались развитием угрожающих жизни состояний и, исходя из первичного морфологического характера диагностированных повреждений, являются квалифицирующим признаком в отношении средней тяжести вреда здоровью».

А это значит, что уголовно ответственности виновник аварии уже не подлежит, только административной.

«Нарушение правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью, относится к административному правонарушению, — подтвердили в МВД. — В связи с чем материалы направлены в отдел дознания Госавтоинспекции».

В запросе в МВД мы спрашивали, изучалась ли видеозапись момента и в каком процессуальном статусе опрашивался водитель, но эти вопросы остались без ответа.