«В паспорте — Тупица или Шалава»: вице-спикер Госдумы Даванков — о запрете смешных названий сёл в России

Вице-спикер Госдумы Владислав Даванков объяснил идею запретить оскорбительные названия сёл и деревень в России. Такой законопроект внесли в Госдуму 19 октября 2023 года представители партии «Новые Люди» (один из разработчиков — первый заместитель руководителя фракции партии Даванков).

Неприятные названия нашли по всей стране. В Ярославской области законодатели обнаружили населенные пункты Бухалово и Шалава, а в соседних регионах — Попки и Пуково.

В пояснительной записке к законопроекту указано, что «предлагается установить запрет на использование в названиях населенных пунктов оскорбительных, уничижительных, принижающих достоинство жителей наименований». При этом предлагается отдать на откуп местным властям решение: менять название или нет.

Наши коллеги из 76.RU связались с вице-спикером Госдумы Владиславом Даванковым, чтобы выяснить детали идеи.

— Как пришла мысль о создании подобного законопроекта? Может, были конкретные жители страны, оскорбленные названиями?

— Мы взяли инициативу не с потолка. Ко мне пришло обращение из деревни Шалава. Люди бы и рады сменить название, но не могут пробить бюрократию. Максимум, что им отвечают чиновники, — что проблемы сейчас другие. Но проблема эта важная. Из-за таких названий молодежь уезжает из малых населенных пунктов. Никто не хочет, чтобы у него или его детей прямо в паспорте красовалось Тупица или Шалава. А это реальные названия. Детей часто приходится возить в школу в райцентр или соседнее село, а там над ними издеваются, смеются. В итоге люди просто уезжают. В той же деревне Шалава осталось меньше ста человек.

У нас есть несколько населённых пунктов под названием Лохово: в Иркутской, Тверской, Ярославской областях и на моей родине, на Смоленщине. И вот в Иркутской области с середины 2000-х люди пытаются сменить название. Но проще уехать, чем чего-то добиться от чиновников. Старшее поколение объясняет, что село названо по фамилии основателя. Но молодёжи от этого не легче! Они просто уезжают.

Мы вносим изменения в закон, чтобы у людей появилось соответствующее право. Если закон вступит в силу в следующем году, это совершенно не значит, что все бросятся менять названия. Но в момент, когда люди этого захотят, у них будет такая возможность.

— По какому принципу отбирались примеры оскорбительных названий?

— Есть очевидно оскорбительные, грубые или просто смешные названия. Сучкино, Мошонки или Шалава. Есть вообще за гранью цензуры, которые я даже в интервью произнести не могу. Но иногда эта грань довольно тонкая. Вроде, название литературное, но неблагозвучное. Например, Злодеево или Кривляево. Подчеркну, что мы не составляли никаких списков, а просто привели примеры. В каждом конкретном случае важно, доставляет это местным жителям неудобства или нет.

— В некоторых регионах подобные сёла — достопримечательность, с табличками возле них фотографируются. Не получится ли так, что россиян лишат маленькой туристической достопримечательности?

— Суть нашего законопроекта в том, что мы не решаем за людей. Всё должно зависеть только от местных жителей и муниципальных властей. Если туристы хотят приезжать, чтобы потешаться над людьми из-за обидного названия, такие аттракционы нам не нужны. Есть примеры, где историческое название не обижает местных жителей и способствует притоку туристов. Антилох, например. В таких населенных пунктах люди ничего менять не хотят, потому что в этом есть понятная выгода. И никто насильно переименовывать их не будет.