Роза Сябитова, телеведущая: «Женщина – такой же товар, как и всё остальное»

Роза Сябитова – ведущая телепередачи «Давай поженимся!», знаток человеческих душ, народная сваха России. Роза говорит, что полстраны ее любит, а полстраны ненавидит. За что ненавидит? За правду!

– Роза, я не буду перечислять всех ваших титулов и заслуг, потому что все это прекрасно знают. Вы женщина опытная, поэтому попрошу вас ответить на интимные вопросы. Что такое любовь?

– Я всегда рекомендую – купите толковый словарь. Потому что при общении с мужчиной всегда возникает недоразумение. Каждый вкладывает в это понятие разный смысл. Для меня любовь – это прежде всего глаголы. Потому что когда женщина говорит: «Ты меня не любишь», она подразумевает конкретное: «Ты меня не любишь, потому что ты не звонишь когда надо», «Ты меня не любишь, потому что ты к маме не ездишь», глаголы, глаголы, глаголы.

– Я о любви неспроста задал вопрос, потому что многие говорят, что в браке главное – это любовь.

– Да вы что!

– Да, и мне кажется, что женщины очень сильно лукавят, потому что имеют меркантильное отношение к браку. Ведь раньше говорили так: «Я хочу, чтобы у меня муж был сильный, надежный, мужественный», а сейчас говорят: «Не жадный». В одном из интервью вы говорили, что женщина – это товар.

– Конечно товар, как и всё остальное, это традиция такая. Я – хозяйка брачного рынка, мы продолжаем традиции: у нас товар – у вас купец, ничего плохого я здесь не вижу. Более того, рыночные отношения с хорошей точки зрения необходимо знать. А теперь у меня вопрос к вам: вы женаты?

– Да.

– А сколько лет?

– Я не знаю, сколько лет. Срок только в тюрьме считают, по-моему.

– Не случайно задаю этот вопрос. Свободный мужчина задает одни вопросы, женатый – совершенно другие. Я очень рада, что вы женаты. Как мои дети говорят: семья – это круто. Я занимаюсь популяризацией семьи, женщины именно как хранительницы очага, ведь она утратила это понимание. Но в меркантильности я бы не стала женщину обвинять так огульно, как вы, мужчины, нас обвиняете: есть меркантильность, а есть прагматизм. Это большая разница. Мы ничего не придумывали сами, все от природы. Вы же выбираете молодых, если вы свободны. Вот вы какую жену себе новую возьмете: своего возраста?

– Мне не надо больше.

– Ну, скажите от мужчин вообще, вы же мужчина! Молодую возьмете, потому что мужчина отвечает за количественную сторону продолжения рода. Женщина – за качественную. А что такое продолжение рода? Молодость и красота – значит, и дети здоровые будут. Женщина в тот период, когда будет вынашивать ребенка, должна ощущать себя в безопасности, а значит, у мужчины должен быть материальный достаток. Она же не только для себя это делает. Поэтому одной любви для семьи мало. Я не видела ни одной семьи, которая была бы счастлива одной любовью, потому что любовью не накормишь, и памперсы не купишь, и в институт не отправишь.

– Я согласен, но в новых – обеспеченных – семьях складываются отношения: я купец, значит, купил тебя, так что извини – буду относиться к тебе, как к вещи.

– Вы все понимаете слишком буквально. Те женщины, которые продают себя, как товар – это, как правило, извините, девушки из провинции, приезжающие в Москву, которые быстро скумекали, что пока молодость и красота у них есть, надо ее куда-то пристроить. Но семья – это же долгий проект, на годы. Одним материальным там тоже не поправишь. Потому что деньги приходят и уходят. Поэтому если вы покупаете женщину, а она соглашается, значит, готовьтесь: вы «папиком» будете, и вряд ли вас кто-то поддержит, если у вас там что-нибудь переломится или давление подскочит.

– Вот коли мы заговорили о товарно-денежных отношениях – к брачному контракту вы как относитесь?

– Очень хорошо. Более того – брачный контракт совершенно не имеет никакого отношения к недоверию. Недоверие вызывает то, что вы пишете в этом брачном контракте. Брачным контрактом нужно определить вообще жизнь, правила. Каким образом? Вот я замуж выходила. У меня двое детей. Я нажила к своим практически пятидесяти годам. Молодой муж. У него тоже есть определенная недвижимость и так далее. А семью что держит? Совместная реальность: общие дети, совместно нажитое имущество. Значит, и надо прописать правила: что отойдет детям, что мужу, а если еще ребенок родится, значит, и его интересы надо учесть. Я еще до того, как его заключать, просто порепетировала бы. Представляете, как много интересного вы друг о друге узнаете? Только в процессе хотя бы обсуждения.

– Многие считают гражданский брак репетицией...

– Сожительство.

– Да. Живут двое, не имеют вроде бы никаких обязательств. И говорят: поживем – увидим, сложится – не сложится, как получится.

– Категорически против. Более того, это простонародная форма сожительства – она выгодна только мужчинам. Мы, женщины, допустили эту ситуацию. У него, значит, любимая женщина на уровне вытянутой руки и весь комплект, который к ней прилагается, но, как только она рот свой откроет и скажет: «Милый, ты мне должен...», он ответит: «А ты мне вообще кто?» Когда в гости приглашают эту пару (у самой была такая ситуация), он говорит: «Познакомьтесь, это моя жена». Да какая я тебе жена? Сожительство должно четко определять срок. Допустим, мы хотим проверить наши чувства. Во-первых, на каком этапе отношений можно сожительствовать, на каком нельзя? Когда люди уже готовы для семейных отношений, была помолвка: «Давай поживем, допустим, полгода». Поймем точно – нужны мы друг другу или не нужны. И через полгода мы садимся за стол переговоров и говорим: «Вася, ну?..» И если он не готов узаконить отношения, значит, он и до этого не был готов. И вы говорите ему: «До свиданья, Вася». Правда, после этого Вася сразу готов.

Женщина должна сама о себе беспокоиться. Наши-то бабки знали, как это делать. Кстати, брачный контракт – это не западное веяние. В старину это называлось «рядная запись». И это чисто славянское приобретение. Раньше у свахи была система договоренностей между родителями, детей перед фактом ставили. В рядной записи прописывалось все приданое, плюс оговаривались пункты, даже сейчас очень актуальные. Например, если муж поднимает руку на жену, либо шли к судье, либо разбирались по-свойски, либо муж платил неустойку, и компенсация по этой неустойке побольше, чем само приданое.

– Вы поженили более 150 человек.

– 183, и это только тех, кого знаю. Я же пятнадцать лет этим занимаюсь. Сейчас у меня очень четкая юридическая договоренность с клиентом, более того, мы сопровождаем клиента в течении определенного срока, находимся в тесном контакте. Мы вообще все знаем, что происходит с клиентом. Судебные разбирательства случаются: клиент втихушечку женился – а компенсацию не платит. Счастливы, рады, конечно, за вас, но так же тоже нельзя: мы вам создали все условия, надо благодарить.

– А вам не пишут претензии типа: «Ты сломала мне жизнь!»?

– Как говорила моя бабуля: замуж выйти – это как по рынку ходить. Пока ходишь – ощупывай, надкусывай, пробуй, а как купил – глазки свои не вытаращивай. Я же не господь бог, не знаю, какие у него планы относительно моей клиентки или клиента. Кстати, Церковь поддерживает посредников в любви, потому что сватовство – от слова «свадьба».

– Давайте скажем несколько слов в защиту мужчин, ведь вы всегда говорите: «Женщина – хуже прокурора», и называли себя адвокатом мужчин.

– Как правило, я разговариваю с женской аудиторией, но мы говорим про мужчин. Поэтому я рассказываю то, что ожидает мужчина от женщины. На семинарах я этот вопрос задаю всем. Также задаю вопрос: «Зачем нужен мужчина?» Представляете, ни она женщина вразумительно ответить не может. Говорят: «хочу для любви», «хочу, чтобы детей народил», а я объясняю – даже в Коране написано, что мужчина в семье первичен, дети – вторичны. Если вы мужа совершенно не уважаете, и для вас ценность – только дети, значит, муж у вас – бык-производитель. А второй вопрос: «Готовы ли вы простить мужчине все?» Потому что мужчина ищет женщину, которая как Родина-Мать: и примет, и простит, и даст возможность исправить ошибки. Спрашиваю прямо: «Кто готов простить?» Из аудитории в сто человек одна поднятая рука. И если вы не поднимаете руки, значит, вы не готовы простить. Следовательно, мужчине вы неинтересны. Как сексуальный объект – да, безусловно. А ведь еще моя бабушка говорила, что ответственность за семью лежит не на мужчине, а на женщине. Через умение заставить мужчину принять эту ответственность. Не хочет, лежит на диване – делай выводы!

– Хотел спросить про детей. У вас очень умные, образованные дети. А вы – занятая женщина. Занимаетесь ли вы их воспитанием, хватает ли у вас времени?

– Я – вдова в первом браке. Когда погиб мой муж в лихие девяностые, на руках у меня остались практически грудные дети. И я поднимала их сама. У меня сейчас третий виток жизни – успешность. Успешность – это привычка преодолевать трудности и способность достигать поставленных целей. Два раза у меня был шанс стать очень успешной в материальном плане женщиной, но каждый раз, когда стоял выбор между деньгами и детьми, я выбирала детей. Я могла нанять няню, но для меня было важно, чтобы именно я им читала сказки на ночь, чтобы моя дочка со мной делилась своими трудностями, и коленки, которые они разбивали, чтобы я целовала и зеленкой мазала. Просто я ждала третьего витка – когда они подрастут и дадут мне возможность развиваться дальше. Это время пришло, я вышла замуж, и на то, чтобы приучить мужа подать мне стакан в старости тоже нужно время.

Для меня важнее всего люди: донести до них бабушкины заветы, прочистить им мозги и сказать – девушки, не кичитесь своими разводами. Ведь если у тебя за плечами три брака и ты стремишься создать четвертый, то мужчина, глядя на тебя, понимает: «Ты же три семейных очага не сумела сохранить, куда тебе сохранить четвертый?» Сильная семья – это сильное государство. А у нас браки распадаются через два года – армия одиноких людей! Нам цепляться не за что, а кто виноват? Самый главный враг России – российские женщины! Замуж не хочет, а если хочет, то странным образом, детей рожает без мужа. У мальчиков в графе «отец» прочерки стоят – что это за Иван, не помнящий родства? Чью отчизну он будет защищать?

– Вы говорили, что полстраны вас любит, а полстраны ненавидит. А ненавидят-то за что?

– За правду. Мои клиенты, женщины – это дети. И я как мать, переживая за них, обязана сказать им правду: «Милая моя, тебе тридцадчик уже, мужики тебя давно не хотят! Конечно, для мамы ты самая красивая-чудесная, а на моем прилавке-то ты стоишь чуть ли не последней. Для мужчины главное – молодость, а молодость-то у тебя проходит. А ты еще сидишь, как королева, и говоришь – ну, давай, милый! Докажи, что ты готов меня взять!» Да это ты будешь ему доказывать, что ты для него – подарок судьбы!