Суд вернул 85-летней челябинке квартиру, переписанную на себя ее внучкой — сотрудницей МВД

Центральный районный суд признал недействительным договор дарения квартиры 85-летней Марии Подольской, у которой возник конфликт из-за жилья в центре Челябинска с внучкой — сотрудницей МВД.

В решении говорится, что внучка ввела бабушку в заблуждение:

— Суд решил признать недействительным договор дарения квартиры, вернуть квартиру в собственность Марии Васильевны Подольской. Наличие у нее заболевания, связанного с ослаблением зрения, в совокупности с поведением ответчика, не разъяснившего истцу должным образом предмет договора, сформировало у истца несоответствующее действительности представление о взаимных правах и обязанностях сторон оспариваемых договоров.

— Конечно, я довольна. Если б мы не выиграли, они бы с мужем меня снова заперли в дом престарелых, — сказала Мария Васильевна. — Надеюсь, она не будет обжаловать решение суда. Не могу ей простить, что до этого поместила она меня дурдом и держала там, чтобы отобрать квартиру.

В первой инстанции и апелляции пенсионерка проиграла спор: при оформлении дарственной на жилье не нашли нарушений. Ветеран труда повторно обратилась в суд с иском и настояла на том, что не понимала, какие именно документы подписывает, потому что плохо видит.

Историю Марии Васильевны мы рассказывали в марте этого года: пенсионерка утверждала, что внучка, работающая в полиции, оставила ее без квартиры, а потом отправила в психбольницу. После нашей публикации представители главного управления МВД по Челябинской области пытались примирить стороны конфликта: пришедшая в гости к бабушке сотрудница разрешила ей пользоваться квартирой до конца жизни. Но, по словам пенсионерки, всё это было показным, и отношения с внучкой так и не наладились.

— Она пришла с тортом, когда у меня дома была большая делегация из полиции, нас вместе сфотографировали, и нашему генералу (речь идет о начальнике областного ГУ МВД Михаиле Скокове. — Прим. ред.) после этого написали, что мы заключили мировую, — рассказала Мария Васильевна. — Но никакой мировой не было. Через пару дней внучка пришла, схватила пылесос, хотела якобы убраться. Но у меня всё чисто, мне соцработник и соседи помогают. Больше с тех пор я не видела ее, не слышала.