Алексей Рогозников организовал тренировки для людей с ОВЗ

Южноуральца Алексея Рогозникова называют человеком с неограниченными возможностями. Несмотря на диагноз «ДЦП», активист, общественник и отец четверых детей много путешествует, пробует себя в разных видах спорта и помогает другим людям с инвалидностью вести не менее насыщенную жизнь. С его подачи семьи со всей области устраивают пешие и автопоходы, занимаются велоспортом на хэндбайках, плавают на сап-досках и байдарках. А теперь еще и выступают на парусных регатах и погружаются с аквалангом. — Алексей, благодаря проекту «На крыльях ветра» люди с ОВЗ могут заниматься парусным спортом, ездить на соревнования — с чего всё началось? — Я сам впервые попробовал ходить под парусом летом 2021-го: директор Уральской турбазы Сергей Власов предложил заниматься на большой яхте. Собрали команду, начали тренироваться. Вскоре вместе с супругой и старшим сыном приняли участие в регате на Тургояке и стали победителями. После этого жена участвовала в олимпиаде «Пара‑Крым», и там в числе прочего были мастер-классы по гонкам на катамаранах. Мне стало интересно, захотелось попробовать самому и организовать инклюзивные занятия яхт-спортом на парусном катамаране для всех желающих. В 2022 году подал заявку на конкурс Фонда Потанина — мы получили поддержку, приобрели первый катамаран, получили его буквально под Новый год. Всю зиму учились онлайн, участвовали в виртуальных регата, а весной отправились на первые соревнования в Тюмень, на фестиваль парусного спорта. — Легко было освоить новое направление? — Мы сразу попали в сообщество, учились прямо на воде, перенимали опыт других команд. Управлять катамараном проще, чем яхтой. Как правило, мы ходим смешанными экипажами: человек с инвалидностью и матрос без инвалидности. Но ребята-колясочники с сильными руками нередко справляются и в одиночку. — Флот за три года подрос? — Этим летом я выиграл президентский грант на второй катамаран: на одном тренироваться было не так интересно — нет соревновательной составляющей, ты не видишь свой прогресс, не от чего оттолкнуться. Недавно расширили флот радиояхтами — они небольшие, на радиоуправлении. Всё-таки традиционный парусный спорт довольно экстремальный: у нас были случаи, когда на сильном ветру катамараны переворачивались, ломались мачты, рвались паруса. Здесь ты испытываешь тот же азарт, оттачиваешь навыки управления, но уже в более безопасных условиях, стоя на берегу. — Для тех, кто готов нырнуть в экстрим с головой, вы придумали проект «Вторая жизнь», на нем учат погружаться с аквалангом… Сами давно увлекаетесь дайвингом? — До проекта ни разу не пробовал, но давно об этом мечтал. Так обычно и рождаются проекты: мне становится что-то интересно, и я ищу способы это реализовать, создать возможности не только для себя, но и для других ребят. Стараюсь то, что есть у меня, отдавать другим. Мы уже третий год проводим в Миассе тренировки по парадайвингу. У нас три основных комплекта оборудования и два дополнительных, инструктор один, поэтому много человек не набираем. Тем не менее, занятия проходят каждую неделю: всегда есть возможность записаться, приехать и попробовать — это на самом деле шанс для многих. Санаторий «Жемчужина Урала» бесплатно предоставляет бассейн, в котором созданы условия для людей с инвалидностью: пандусы, доступная среда. Два часа бассейн полностью в нашем распоряжении: мы спокойно переодеваемся, ныряем и плаваем, помогаем друг другу. — Что в таких занятиях самое сложное и самое вдохновляющее? — Сложно и страшно было первый раз погрузиться под воду. Я не умею плавать, в детстве несколько раз чуть было не утонул, до сих пор есть какая-то боязнь глубины. Но постепенно привыкаешь к оборудованию, учишься правильно его надевать, управлять, балансировать — и чувствуешь себя свободнее, появляется уверенность. С одной стороны, дайвинг помогает отдохнуть морально, расслабиться. С другой, это ощутимая физическая нагрузка — всё то время, что ты находишься в воде, мышцы работают, и вечером чувствуешь приятную усталость. — А по парусному спорту зимой не скучаете? — Практические тренировки закончились, но мы продолжаем заниматься в помещении: повторяем правила, учим узлы. — Но наверняка ведь хочется и физической активности? — Мы занимаемся на хэндбайках — это как обычные велосипеды, только на ручном приводе. Плюс зимой удается больше внимания уделять каким-то частным, личным активностям. С товарищем ходили на перевал Дятлова — такой драйв, адреналин, мистическое место. Теперь есть желание вывести туда группу, чтобы и другие люди с ОВЗ испытали те же эмоции. Возможно, получится однажды выиграть грант и исполнить задуманное. — Есть ли еще какие-то планы и мечты? — Мечтаю организовать тренировки по картингу. Правда, пока не нашли место, где можно не только тренироваться, но и участвовать в заездах: на существующие трассы нас пока не пускают. Еще есть задумка насчет аэротрубы, пока только в мыслях. Не везде есть условия для тренировок: обычно ты хочешь освоить что-то новое, а тебя боятся допускать на занятия, смотрят и сомневаются, справишься или нет… Мы стараемся изменить эту ситуацию, под легким присмотром даем возможность приобщиться к разным активностям. Потому что большой спорт, как правило, ориентирован на высокие достижения: если ты не можешь показывать результаты, становишься неинтересным для секций и спортивных школ. Я считаю, что спорт нужен не только для побед, но и для себя, для своего здоровья и развития. Очень благодарен Фонду Потанина за поддержку наших проектов — сейчас так мало грантов именно для физических лиц, и это очень большая помощь, возможность развивать свои идеи и помогать другим. Хочется, чтобы больше людей могли попробовать себя в разных видах спорта и вести активный образ жизни.