«Некоторым людям легче довериться собаке»: челябинец вместе с корги помогает особенным детям и взрослым

«Когда я работал в цирке, мы гастролировали по всей стране. Зарплата у меня была 250 — 270 тысяч в месяц. А мне было 18 лет всего. Для жизни, условно, мне хватало и 50 тысяч. Все остальное я откладывал на депозит. Там накопилась приличная сумма. Отчасти этот капитал дал мне возможность начать заниматься канистерапией», — говорит Павел.

Павел Андрощук — один из самых востребованных кинологов в Челябинске. График тренировок с собаками у него расписан на недели вперед, а его клиенты готовы платить за занятия с питомцами десятки тысяч в месяц. Казалось бы, в 29 лет у Паши есть все для беззаботной жизни, но это был бы слишком идеальный и скучный сценарий. Еще до того, как стать востребованным, он вместе со своей первой собакой начал бесплатно помогать детям и взрослым. Рассказываем его историю.

Паша — высоченный и улыбчивый парень, который с первых минут располагает к себе. Выкроить пару часов для разговора с ним не так просто — с раннего утра и до обеда у него нон-стоп тренировки с собаками, потом перерыв на отдых и спортзал, вечером — еще один блок занятий, иногда — до полуночи.

Сам он признается, собаки в его жизни были с раннего детства — мама работала кинологом в ГУФСИНе. Он видел, как служебные овчарки беспрекословно готовы выполнять команды по задержанию человека или поиску запрещенных веществ, дрессировка часто проходила на глазах мальчика, да и мама стремилась передать ему свою профессию. Но в школе у Паши появилась другая страсть, далекая от животных — к гимнастике и акробатике. Он ездил на всероссийские соревнования, а после окончания челябинского института культуры стал артистом цирка Гии Эрадзе.

«Я работал в программе „Песчаная сказка“, мы гастролировали по всей стране. Работа в цирке — это когда ты и разгружаешь фуры, и выступаешь, и танцуешь. Хотели меня и на колесо Сира поставить. Но в самом начале пандемии я сломал ногу на репетиции. Меня не стали оперировать, попытались вправить кость и сделали еще хуже. В итоге около года я не мог нормально ходить, пока не получил помощь врачей в Челябинске», — вспоминает Павел.

С цирком можно было не завязывать, но сложные акробатические элементы были Павлу уже не под силу. Ему предложили работать в танцевальном коллективе, и он еще год ездил на гастроли с артистами, но потом понял, что без развития не хочет продолжать, и уволился. Сейчас он заочно учится на клинического психолога в институте Санкт-Петербурга. Это образование уже стало базой для его новой профессиональной деятельности.

«Еще тогда, во время гастролей в Омске, я купил свою первую собаку Марго. Потому что я сам столкнулся с проблемой — всю жизнь хотел работать в цирке, и эта мечта резко оборвалась. Я столкнулся с тем, что вообще не хотел вставать, хотя нужно было много двигаться, разрабатывать ногу. Собака помогла мне прожить эти эмоции, — вспоминает наш собеседник. — И вскоре я познакомился с институтом клинической психиатрии и психологии в Санкт-Петербурге, где начал изучать канистерапию».

Павел решил начать работать в медицинской сфере, но не абы где, а в госпитале Стамбула. Он туда попал по благотворительному проекту Кевина Спенсора — известного иллюзиониста и консультанта по арт-терапии. Он пробыл в Турции год и после начала СВО вернулся в Челябинск. Здесь он зарегистрировал некоммерческую организацию «Хвостатый ангел» и заниматься реабилитацией детей с инвалидностью.

«Многие уезжали из страны, а я, наоборот, вернулся. Но у меня было полное непонимание, что делать дальше. Да, я учусь заочно, у меня есть определенная финансовая стабильность, но хотелось заниматься чем-то масштабным, — вспоминает он. — Пришел к тому, что нужно открывать свою организацию, НКО. Мы стали сотрудничать со школой-интернатом № 4, это первая школа, где появилась комплексная реабилитация для детей-инвалидов. Мы полностью на безвозмездной основе проводили там занятия».

Спустя пару месяцев занятий с особенными детьми в школе, педагоги рассказали о Паше и его собаке на профильном форуме. Ему сразу пришли три заявки на организацию таких же занятий в других учреждениях Челябинска, где есть дети с особенностями развития. Он начал думать, где найти деньги на финансирование таких уроков.

«Я не хотел, чтобы наша НКО была той, что постоянно просит деньги. Да, у нас есть QR-код для пожертвований, но мы упор сделали на дрессировку. Это та деятельность, которая приносит доход. Начали набирать кинологов, сегодня с нами работают около 15 человек», — говорит он.

Дрессировка домашних собак оказалась очень востребованным направлением.

«Я уже побывал во всех наших загородных поселках, цена за выезд у меня зависит от расстояния, которое нужно будет проехать, за дороговизну породы я не прибавляю, хотя есть собаки и по полмиллиона рублей, — с улыбкой делится Паша. — Клиенты легко находят деньги на собаку, но при этом сами не всегда готовы выделить на ее воспитание свое личное время. Поэтому, бывает, ты занимаешься с собакой один, или с кем-то из персонала, показываешь команды. Но вообще я стараюсь объяснять важность присутствия на занятиях самого хозяина, так они будут гораздо эффективнее».

Основная же часть тренировок проходит в центре «Хвостатый ангел», там фиксированная цена на услуги, есть кабинет для груминга, где владельцы четвероногих могут оставить своих питомцев и забрать уже при полном марафете.

Павел предупреждает, иногда милые на вид собачки модных пород могут скрывать жесткий характер, сложности в воспитании, что в итоге приведет к проблемам.

«Например, джек-рассел-терьер был выведен специально для ловли крыс. Это собаки с достаточно жестким характером. У них очень высокий уровень возбуждения, их нужно учить контролировать его. Возбудимость может переходить в лай, в покусы», — приводит пример кинолог.

При этом от размера собаки не зависит ее интеллект. Больших размеров американский булли отличается боязливостью и разными болезнями. При этом случаев агрессии зафиксировано мало. Противоположный пример — такса. Был случай, когда она загрызла новорожденного.

«Это я к тому, что не нужно „очеловечивать“ животное, хотя многие этим грешат. Такса — это норное животное, со своими рефлексами. И не нужно к собаке относиться как к человеку, к ребенку. Если собакой не заниматься, будь это шпиц или немецкая овчарка, они могут нанести вред человеку. А дети — наиболее уязвимы», — предупреждает специалист.

Заработок Павла и его организации «Хвостатый ангел» помогает«держаться на плаву» — платить зарплату сотрудникам, снимать помещение и проводить часть занятий по канистерапии бесплатно. Хотя для многих благотворительных проектов Павел сумел найти финансирование. Для школ — это гранты, а недавно фонд «Объединение» команде «Ангела» оплатили курс из восьми занятий для детей, которые потеряли отцов на СВО.

«Я постоянно размышляю, как развивать наш бизнес дальше, а я это воспринимаю именно как бизнес, чтобы быть эффективнее и помогать большому количеству людей. Среди тех, кто обращается — не только дети, есть и уже взрослые, которые пережили попытку суицида или насилие в детстве. Для таких пациентов существуют отдельные методики в канистерапии. Таким людям иногда легче довериться собаке, чем строгому врачу в белом халате», — объясняет кинолог.

Дополнительным толчком к изучению темы канистерапии и занятиям с особенными детьми стало рождение в семье Павла сестренки с синдромом Дауна. Мы писали про Катю пару лет назад — она стала ученицей специального ресурсного класса в челябинской школе, а также была одной из первых пациенток Павла и его хвостатых терапевтов.

Занятия с собакой помогают детям забыть о своих тревогах, переключая внимание на тех, кто слабее их. После общения с корги дети чувствуют себя увереннее в себе, а улыбка не сходит с лица еще несколько дней — это отмечают и родители.

А еще у Павла есть мечта — открыть большой реабилитационный центр, где занятия с собаками будут играть важную, но не основную роль, и он уже подал документы на получение помещения от государства.