23 октября пятница
СЕЙЧАС -1°С

Выпиской из госпиталя всё не заканчивается: переболевшая коронавирусом челябинка — о последствиях

Даже спустя несколько недель после выздоровления может сохраняться кашель и скакать температура

Поделиться

Больше 6,5 тысячи южноуральцев выписаны из ковидных отделений за время пандемии. Но не всем из них удалось с ходу оправиться от болезни

Больше 6,5 тысячи южноуральцев выписаны из ковидных отделений за время пандемии. Но не всем из них удалось с ходу оправиться от болезни

К COVID-19 многие относятся как к обычному гриппу. Дескать, нестрашно, если заболею — вылечусь быстро, буквально за пару дней. Но южноуральцы, перенёсшие коронавирус, даже после выписки из госпиталя не могут контактировать с другими людьми. Они продолжают лечение и реабилитацию, у некоторых и спустя месяц сохраняются скачки температуры, кашель и другие симптомы. Они уже неспособны никого заразить, но по-прежнему не до конца здоровы. Как проходят выписка, реабилитация и последующее наблюдение? Кому разрешают сдать плазму для тяжелобольных ковидных пациентов? Об этом мы спросили врачей и челябинку, у которой заболела вся семья. Публикуем продолжение истории от первого лица.

— Выписывали нас по очереди. Сначала маму, ещё 25 июня. Все её тесты оказались отрицательными. Буквально на следующий день выписали брата. Им требовалась полная самоизоляция друг от друга в течение двух недель, так как брат до этого имел один положительный тест на COVID-19, — рассказала Марина (имя героини изменено. — Прим. ред.). — Хорошо, что у нас есть вторая квартира на одной лестничной площадке. В ней и до болезни жил брат, туда и вернулся на самоизоляцию.

В этой семье первой заболела мама, затем симптомы появились у Марины. После температура скакнула у отца, последним сдался брат. У всех четверых на КТ диагностировали поражение лёгких. У Марины и брата они были небольшими — по 5%, у родителей — в разы больше. Положительными тесты на COVID-19 оказались только у детей.

Дело оставалось за мной. Мои тесты долго не приходили, хотя брали их у нас всех в один день. 28 июня мне сделали УЗИ и рентген лёгких. Пневмония ушла, но остались ещё некоторые поражённые участки, остаточное явление в виде бронхита. Уровень кислорода при обходе врача показывал то 98, то 97, а как-то вообще 100. Это говорило о том, что лёгкие работают в норме, но без хотя бы одного отрицательного теста на COVID-19 меня не могли отпустить.

Дожидаться выписки Марине пришлось дольше, чем родным, хотя мазки на коронавирус у них брали в один день

Дожидаться выписки Марине пришлось дольше, чем родным, хотя мазки на коронавирус у них брали в один день

Засыпать в стенах госпиталя, завтракать, обедать и ужинать больничной едой было уже невозможно. Особенно когда думаешь, что половина твоей семьи уже дома. Папу к тому моменту отправили из второй больницы на Гагарина, 18 в санаторий в Увелку на долечивание. В этом ему очень повезло. Его палата была оснащена телевизором, кнопками для вызова медсестёр. Каждый день папе продолжали ставить капельницы и уколы, давали таблетки, добавили ингаляции по три раза в день.

Как-то утром зашла медсестра и уточнила, есть ли мне где посидеть на самоизоляции. Это значило, что пришёл отрицательный результат на COVID-19, и меня готовят к выписке. Я обрадовалась. После пришёл врач для уточнения места самоизоляции. Предложил поехать в первую больницу, там как раз долечиваются и отсиживаются в ожидании второго теста. Но я отказалась.

Сначала решила, что могу отсидеться в своей комнате в одной квартире с мамой, но всё же был велик риск заразить её. Я позвонила заместителю главного врача, хотела узнать, могу ли я пересидеть с братом в квартире. Всё-таки мы оба ковидные. Но мне ответили, что самоизоляция должна быть полная, от всех. Поэтому лучше сидеть в своей комнате, стараться не контактировать с мамой, проветривать комнаты, а если надо выйти из комнаты по нужде, то надо кричать: «Мама! Мне надо выйти!» Мама в это время уходит на кухню или ещё куда-нибудь. Я быстро пробегаю, потом опять кричу: «Мама! Я иду обратно». Мама снова прячется, и я перебегаю к себе. Но риск заразить её всё равно оставался — через посуду, ручки дверей. В конце концов, мы дышим одним воздухом в квартире! Поэтому я решила, что рациональнее всё-таки пересидеть у брата в квартире. Мы оба ковидные, чем бы это отличалось от самоизоляции с такими же пациентами в больнице, например? Там и людей в палате больше, и можно подхватить ещё что-нибудь.

С вещами я вышла из своей палаты часов в шесть. Успела ещё поужинать и получить вечерние лекарства. Меня и ещё пять человек отправили на первый этаж. Там начиналась «чистая» зона. Мы отдали многоразовые маски, нам опрыскали пакеты с одеждой и обувь. Выдали выписные и больничные листы, потом проводили на улицу к машине скорой помощи. Водитель был без маски. Мы сказали ему свои адреса, и нас повезли по домам.

Перед выпиской вещи можно было отдать на «обжарку» — термическую обработку. Но Марина эту возможность упустила

Перед выпиской вещи можно было отдать на «обжарку» — термическую обработку. Но Марина эту возможность упустила

В итоге вещи и одежду обработали дезраствором

В итоге вещи и одежду обработали дезраствором

В документах на выписку было сказано, что нам надо соблюдать самоизоляцию. Закончиться она должна после получения второго отрицательного результата на COVID-19. На следующее утро ко мне домой пришла медсестра из поликлиники во всей экипировке: в маске, белом костюме, с прозрачным щитком на лице. Она взяла мазки. Результаты были готовы уже 2 июля, но я узнала об этом только 6-го числа. Несмотря на то что брата выписали раньше, к нему за мазками домой так и не пришли. Я неделю пыталась выяснить причину, звонила во все ведомства — от Роспотребнадзора до департамента здравоохранения. Потом в поликлинике нам сказали, что в конце июня вышел закон — человек считается здоровым и с одним отрицательным тестом, нужно только две недели после выписки отсидеться дома. Почему под этот закон не попала я, так и непонятно.

Всё это время меня навещали друзья. Мы виделись через окно в масках. Нам приносили продукты, оставляли у двери. Мама нам с братом тоже что-нибудь вкусное передавала, ставя у дверей в подъезде. А одежду она перекидывала в руки, благо квартиры друг напротив друга расположены.

Ещё в больнице мне соседка по палате сказала, что потом, после выписки, могут позвонить со станции переливания крови, пригласить на сдачу плазмы. Я сразу, ещё в тот момент поняла, что если позовут, то обязательно пойду и сдам. Буквально на следующий день после выписки мне действительно позвонили со станции переливания крови. Первым делом спросили, согласна ли я прийти и сдать кровь для нуждающихся. Я, конечно, сразу сказала да. После у меня уточнили, какой тяжести была пневмония (сдавать плазму можно только тем, у кого была лёгкая и средняя формы). Также спросили, нет ли хронических заболеваний, а у меня их нет. На том конце провода были очень этому рады, сказали, что ближе к окончанию моей самоизоляции, дней через 10, они позвонят для уточнения даты. Также на сдачу плазмы пригласили и брата.

Нас предупредили, что за сутки нужно будет соблюдать диету — не есть мясо, ничего жирного. Можно каши, любые фрукты и овощи, кроме авокадо, свёклы и бананов. А утром перед сдачей плазмы надо выпить крепкий сладкий чай и съесть булку.

Сомнений в том, стоит ли сдавать плазму, у Марины не было. Она хотела помочь тем, кто тяжело заболел ковидом

Сомнений в том, стоит ли сдавать плазму, у Марины не было. Она хотела помочь тем, кто тяжело заболел ковидом

Сдают плазму не в здании станции переливания крови, а в трейлере, который находится на территории. Нас с братом там приняли очень тепло. Взяли у нас кровь из вены и отправили на анализы — это обычная процедура, чтобы проверить, подходит ли кровь. Медперсонал очень переживал, чтобы наши анализы были хорошими, потому что сейчас большой недостаток ковидной плазмы, а заказов на неё много. Когда анализы были готовы и они оказались хорошими, для нас с братом подготовили два кресла.

Медсестры всю процедуру не отходили от нас. Разговаривали с нами, рассказывали про процесс. Оказывается, при плазмаферезе кровь теряется по минимуму. Её прогоняют через аппарат, выделяя нужный компонент. Какая-то часть крови забирается и возвращается, а компонент капает в пакетик. Так происходит три раза в течение 40 минут. Сдачу плазмы я перенесла легко, а брату стало дурно. Но ему дали сразу нашатырь, и стало легче. Дальше врач не разрешил продолжать процедуру. Его плазмы набралось граммов 200 — этого должно хватить на одного человека. А в идеале должно выходить на три порции, у меня получилось. После нас аккуратно проводили на диванчик ближе к выходу, там мы выпили чай с конфетами.

Брат Марины тоже сдал плазму. Этого хватит, чтобы сделать четыре полноценных процедуры тяжелобольным южноуральцам

Брат Марины тоже сдал плазму. Этого хватит, чтобы сделать четыре полноценных процедуры тяжелобольным южноуральцам

Сомнений, сдавать или нет плазму, у меня не было никаких. Мы с братом, пока ждали анализы, тоже переживали, чтобы они были в норме, чтобы мы могли сдать и помочь кому-то. Вообще медики нам сказали, что вены у нас уже достаточно истыканные после лечения. Они с трудом их нашли. Теперь нам могут позвонить снова и попросить прийти ещё раз. Хотя они и говорили: «Вам на восстановление надо как минимум месяц. Мы бы вас даже не дёргали, но плазмы не хватает, поэтому приходится просить сдавать». А не хватает по разным причинам. Дело в том, что плазму не могут брать у тех, кто тяжело перенёс ковид, у кого хронические болезни. Бывает, говорят врачи, что к ним приходят три человека, и у них невозможно найти вены, или до сдачи они съели что-то не то, а по анализам это видно. Или кому-то, как моему брату, плохо становится во время сдачи. То есть много разных факторов.

В течение недели после выписки мы принимали два препарата — антибиотики. Плюс нам ещё сказали пить витамины, любые, хоть комплекс. Самочувствие с каждым днём становится лучше, но температура иногда поднимается до 37,2 °С. О том, что так будет, нас ещё в больнице предупреждали. Кашель тоже ещё есть, это и понятно — остаточные явления, бронхит. Температуру мы не сбиваем, а от кашля пью «Флуимуцил». Также в течение трёх месяцев надо пить «Бронхомунал» — 10 дней с перерывами в 20 дней.

10 июля выписали папу. Он решил нам не сообщать заранее, а сделать сюрприз. Честно сказать, узнать его было сложно. Он сильно оброс за эти три недели и похудел килограммов на восемь. Голос у него ещё был осипшим, но за пару дней папа легко пришёл в себя. Ему тоже рекомендовали пить «Бронхомунал» и делать ЛФК.

Спустя несколько недель после выписки Марина вышла на улицу. Говорит, странно смотреть на людей без масок и на больницу, где они с мамой и братом проходили лечение

Спустя несколько недель после выписки Марина вышла на улицу. Говорит, странно смотреть на людей без масок и на больницу, где они с мамой и братом проходили лечение

Что о восстановлении после COVID-19 говорят врачи

— [Из-за COVID-19] возможно формирование фиброза (образование рубцовой ткани, уплотнение ткани лёгких), сопровождающегося одышкой, кашлем. Важно раннее начало реабилитации, — рассказала 74.RU врач-пульмонолог высшей категории, главный внештатный специалист Министерства здравоохранения Челябинской области Наталья Ревель-Муроз. — Даже если фиброз имеется, после реабилитации эти явления могут значительно уменьшиться. В настоящее время специальные реабилитационные мероприятия начинают в реанимации, продолжают в профильном отделении стационара или в стационарах долечивания, а затем — на амбулаторном этапе и в домашних условиях. Разработаны протоколы реабилитации пациентов после перенесённой пневмонии, обусловленной инфекцией COVID-19, касающейся всех этапов.

Кашель у выздоровевших от коронавируса действительно может сохраняться не одну неделю. Это нормально, говорят врачи.

— Кашель может сохраняться от одного до нескольких месяцев, — уточнила Наталья Ревель-Муроз. — Имеет значение первоначальный объём поражения лёгких, наличие сопутствующих заболеваний, активность реабилитационных мероприятий, поддерживающее медикаментозное лечение.

При этом пациенты, перенёсшие COVID-19, должны соблюдать ряд ограничений.

— [Многое] зависит от тяжести перенесённой инфекции, сопутствующей патологии. Общие правила: избегать стрессов, переохлаждения, чрезмерной физической нагрузки, обеспечить правильное, богатое витаминами и микроэлементами питание. Полезна лечебная физкультура, в щадяще-тренирующем режиме, дозированная лечебная ходьба с индивидуально подобранным темпом, — рассказала главный внештатный специалист регионального Минздрава. — [Что касается сроков полного восстановления лёгких], новая коронавирусная инфекция до конца не изучена. Всего лишь 11 марта 2020 года ВОЗ объявила о начале пандемии. Первые переболевшие в России появились в марте — начале апреля. Отдалённые последствия заболевания требуют изучения медицинского сообщества. После перенесённой бактериальной пневмонии пациенты находятся под наблюдением врачей от 6 до 12 месяцев.

В Челябинской области за предыдущие сутки зарегистрировано 138 новых случаев коронавируса. С начала пандемии число заболевших достигло 10 495. Умерли ещё 5 пациентов с COVID-19.

В России выделено более 100 штаммов коронавируса. По словам вирусологов, он и дальше продолжит мутировать. Скорее всего, со временем вирус станет более заразным и менее смертельным.

Накануне в Минобороны объявили о том, что первая российская вакцина от COVID-19 готова.

Всё о коронавирусе и его последствиях — в материалах 74.RU.

У вас или ваших знакомых подтвердили коронавирус? Или вы попали в обсерватор? Расскажите нам о вашей ситуации на почту редакции 74@rugion.ru, в нашу группу во «ВКонтакте», а также в WhatsApp, Viber или Telegram по номеру +7 932 300–00–74. Телефон службы новостей 700–00–74.

оцените материал

  • ЛАЙК16
  • СМЕХ1
  • УДИВЛЕНИЕ4
  • ГНЕВ9
  • ПЕЧАЛЬ6

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter

У нас есть специальная рассылка о коронавирусе и карантине в нашем городе. Подпишитесь, чтобы не пропускать новости, которые касаются каждого.

Пока нет ни одного комментария. Добавьте комментарий первым!