«Отпустите, ну, пожалуйста, ребят»: что стоит переосмыслить о Челябинске и его жителях после акции протеста

Акция протеста 23 января в Челябинске точно не забудется в ближайшее время. Некоторые политологи уже окрестили её беспрецедентной — в 30-градусный мороз тысячи людей вышли на улицу, понимая явно незаконный характер шествия. Мало того, они преодолели весь анонсированный организаторами маршрут — от Бульвара Славы до памятника Курчатову, несмотря на явные попытки полиции остановить людей. Что стоит переосмыслить о Челябинске и его жителях после акции и чем она выделялась в общем ряду протестов — в репортаже 74.RU.

Время и место сбора участников акции обозначил челябинский штаб Навального — Бульвар Славы, 14 часов. Но собираться в этом месте люди начали задолго до названого времени. И за полчаса до официального старта митинг, по сути, уже начался.

Предотвратить массовость пытались сотрудники полиции, напоминая в громкоговоритель о том, что митинг вне закона.

После в дело включилась уже техника — запись с предупреждением звучала практически без остановки.

Почти сразу произошли и первые задержания. Первым увели парня с плакатом, следом с Бульвара Славы пришлось уйти и координатору челябинского штаба Навального Артёму Яумбаеву. Силовики оттеснили его под возмущенный гул собравшихся.

После жестких задержаний в других регионах даже не верилось, что участникам акции в Челябинске дадут начать шествие. Тем не менее толпа всё же двинулась. Правда, беспрепятственно дойти удалось лишь до улицы Советской. Там уже выстроились цепочкой сотрудники полиции. Какое-то время гражданские и силовики стояли друг напротив друга, но затем первые решили просто пойти в обход и свернуть к проспекту Ленина. Дальше начались настоящие качели — то полиции удавалось отсечь часть людей и остановить движение, то активистам прорваться.

В некоторые моменты дело доходило до небольших рукопашных стычек. Но в целом силовики вели себя на удивление мягко. И здесь сложно сказать, была ли такая тактика намеренной или просто они оказались не готовы к такому числу участников акции. Впрочем, шанс действовать агрессивно был не раз — и в самом начале, и возле памятника Курчатову. Но сотрудники МВД и Росгвардии не пошли на это, игнорируя даже явные нападки провокаторов. Активистов задерживали технично, жестко, но спокойно.

В какой-то момент шествие растянулось на несколько километров. Если первые участники финишировали у памятника Курчатову примерно через час после начала, то последние много позже. Митинг активно продолжался примерно до половины пятого вечера, а затем люди начали расходиться. Оставаться на месте всё-таки было холодно.

— То, что я видел по трансляции здесь, в Челябинске, всё спокойно прошло, — поделился с 74.RU мнением челябинский политолог и социолог Сергей Зырянов. — Были со стороны полиции призывы [разойтись] и напоминания о том, что митинг не разрешен, действия эти наказуемы законом. А со стороны тех, кто участвовал в митинге, — такое спокойное шествие. Изредка они пытались что-то скандировать. Выглядело это не очень активно. А в основном установка, видимо, внутренняя была у каждого участника — прийти, поучаствовать и уйти. День холодный был, может быть, это как-то повлияло на ситуацию, что страсти не разгорелись.

В других регионах ситуация была сложнее, напомнил Сергей Зырянов. Так, в Петербурге протестующих начали задерживать уже на подходе к месту сбора. А в Москве, например, задержали Юлию Навальную. В Челябинске всё было спокойнее, уверен политолог.

— Мне показалось, что это что-то типа договорного матча. Митингующие всё-таки проводили свою демонстрацию, типа прогулки, как это было после выборов в Государственную думу в 2012 году в Москве, — пояснил Сергей Зырянов. — А для полиции этот договорной матч выглядел как очень спокойное поведение при отсутствии попыток как-то остановить, направить, зажать часть людей. Периметр был, насколько мне было заметно, достаточно хорошо окружен, и у памятника Курчатову сильно не разгуляешься, скажем так.

— Вся политическая волна состоит из незрелых мозгов, — рассуждает генеральный директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлёв. — Это не значит, что в стране нет социальных проблем. Их достаточно. Но почему социальные проблемы нужно решать политическими средствами? Как в пошлом анекдоте про Василия Ивановича: «Анка палец занозила, так я ее застрелил, чтобы не мучилась».

А вот политолог Александр Подопригора уверен — участников нынешних митингов не стоит недооценивать.

— Я бы не сказал, что там школота одна. Да, большая часть — молодежь, но молодежь в основном студенческого возраста, и немало людей среднего возраста, — рассуждает политолог. — Своей цели — показать значительный рост протестных настроений в Челябинске, где и в 100 человек митинг в последние годы считался большим, добились. И второе, если говорить о политических выводах, мне кажется, власть совершенно неадекватно оценивает происходящее, постоянно представляя всё как такие шалости школоты. Это не так. Протестный настрой в обществе велик, он проистекает из абсолютно объективных вещей. В регионе шесть лет подряд падает жизненный уровень, падают доходы населения, сокращаются рабочие места. Перспектив люди не видят.

По предварительным оценкам официальных органов, в шествии по Челябинску участвовали 2,5 тысячи человек, впоследствии более 30 были задержаны. В Магнитогорске акция собрала 800 участников, задержаны пятеро.

— На пике, я думаю, 2–3 тысячи точно было. Но вопрос тут даже не в численности — две тысячи, одна или полторы. Я лично наблюдал в Челябинске все массовые акции, которые здесь проходили с августа 1991 года, и, честно говоря, не помню настолько массовой и решительной по настрою участников, — говорит Александр Подопригора. — Были очень многолюдные митинги по несколько тысяч человек на Алом Поле, но они были, во-первых, как правило, в летнее время, в теплое время года. Во-вторых, они были, как правило, разрешенные. И, в третьих, они были, как правило, не политическими, а экологическими. Это совершенно другая ситуация, другой характер. Во-первых, сегодняшняя акция была строго запрещена. Во-вторых, она политическая. В третьих, она была вдвойне запрещенная и как политически, несогласованная, и как проходящая во время карантинных мероприятий ковидных. И, в-четвертых, она проходила в 30-градусный мороз. Все эти обстоятельства и то количество людей, которые туда вышли всё же, и то, как они себя вели, прорвав оцепление, пройдя шествием по центральной улице города, завершив акцию у памятника Курчатову, делают её беспрецедентной для Челябинска за последние лет 20. С учетом всех обстоятельств.

Беспрецедентность этой акции не связана исключительно с личностью Алексея Навального.

— Я против того, чтобы всех участников акции называть сторонниками Навального. У организаторов одни цели, у участников могут быть другие. Многие люди выходят на подобного рода мероприятия именно из-за недовольства происходящим в целом в жизни, а не в поддержку какого-то конкретного политика, — уточняет Александр Подопригора.

Между социальным недовольством и политическим процессами огромная дистанция, уверен генеральный директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев.

— Чтобы превратить социальное недовольство в политический протест, любой оппозиционной партии, которая это захочет сделать, необходимо очень много поработать. Потому что у нашего человека нет такой прямой связки — мне стало плохо, значит, надо менять правительство. Это в Англии работает на 100 процентов. Там не надо никаких усилий. У нас необходимо, — объясняет эксперт. — Это то, что марксисты и большевики называли, в частности, оформлением протеста. В классике марксизма написано, что сам рабочий класс политических требований не выдвигает, их выдвигает интеллигенция и вносит в рабочий класс. Вот наша интеллигенция не может внести в общество таких идей, которые бы связали социальное и политическое. Может быть, и к счастью, потому что Россия свой лимит революции исчерпала. Навальному, кстати, поначалу это удавалось, когда он говорил: «Коррупция — вот в чём главная проблема. Вы все работаете, а то, что вы зарабатываете, съедают нехорошие люди». А сейчас одной коррупцией сыт не будешь. Никаких конкретных механизмов борьбы с коррупцией никто не предложил, не очень понятно, как её побеждать.

Свои выводы из сегодняшних событий стоит сделать и силовикам.

— Полиция была явно не готова, что там будут тысячи людей взрослых, — уверен политолог Александр Подопригора. — Они рассчитывали 20–30 школьников рассовать по автозакам и уйти домой. Поэтому и оцепление прорвали, поэтому и на улицу вышли. Поэтому полицейские очень смешно скакали по сугробам, пытаясь обежать колонну чтобы её встречать где-то впереди. Даже в таких чисто технических деталях неадекватность оценки властями вообще происходящего — именно причин протеста. А если оценивать их адекватно, надо выходить на диалог с обществом. Возвращать прямые выборы мэров, местное самоуправление, депутатов и прочее, и прочее.

Всё об акциях протеста 23 января — в материалах 74.RU.