«Мы — не абстрактный и бездушный кикшеринг». Представители сервисов ответили противникам самокатов в Челябинске

Резкое возмущение челябинцев прокатными самокатами в этом году спровоцировало дискуссию о необходимости запрета такого рода услуг в городе из соображений безопасности — как пешеходов, так и самих самокатчиков. Мы отправили этот материал представителям всех трех операторов кикшеринга (Яндекс, Whoosh, Urent), предложив возможность высказаться или прокомментировать. Руководитель пресс-службы Whoosh Денис Балакирев ответил на колонку нашего журналиста своей колонкой, и представители Urent заявили, что согласны с изложенными коллегой тезисами. Приводим мнение Дениса от первого лица. Также у редакции 74.RU состоялся обстоятельный разговор с представителями администрации Челябинска по вопросу запрета или ограничения самокатного бизнеса в городе — материал готовится и выйдет в начале следующей недели.

Искать там, где потеряли, а не там, где светлее.

Эмоциональная статья Артема Краснова не могла оставить нас равнодушными. Честно — меня она задела. С одной стороны, видно искреннее желание автора сделать город лучше и удобнее, с другой — хочется все-таки опираться на факты и статистику, а не личные эмоции.

Поэтому я искренне благодарен изданию 74.RU за возможность изложить свою точку зрения и расставить акценты в нужных местах. Наверное, совсем без эмоций у меня тоже не получится, ведь пишу это не для галочки, а потому что переживаю. Если и сам нить потеряю — дайте знать в комментариях, отвечу по каждому факту нестыковки, объясню.

Итак, для начала предлагаю определиться с понятиями. Когда мы говорим об электросамокатах, чаще всего объединяем в единую сущность все виды этого микромобильного транспорта: и личные, и арендные. В данном случае автор обратил внимание именно на сервис краткосрочной аренды, это важно. Поэтому давайте проговорим различия.

1. Самокаты сервисов краткосрочной аренды (кикшеринг): системное ограничение скорости до 25 км/ч и мощности до 250 Вт, автоматические зоны дополнительного снижения скорости и зоны запрета поездок, постоянный технический контроль, номера на каждом самокате, обязательные для соблюдения правила в оферте и система штрафов от 500 до 100 тысяч рублей, подтверждение возраста пользователя при помощи данных банковских ID, обязательное страхование всех поездок, обучение правилам в приложении, специальная программа для школ и вузов, городские мероприятия Школы вождения. А еще совместная работа с ГАИ по каждому инциденту и с городом — по зонам, скоростным режимам и парковкам.

2. Самокаты в личном пользовании. Ничего из перечисленного, буквально.

Полная анонимность поездок, отсутствие номеров и идентификации, неконтролируемая скорость до 80–100 км/ч и мощность, иногда сравнимая с мотоциклом. В случае аварии самокат просто уезжает с места происшествия и остается неопознанным, а его владелец не несет никакой ответственности.

Автор предлагает запретить кикшеринг. Запретить частные самокаты невозможно даже в теории — они продолжат продаваться через маркетплейсы, а при любой попытке как-то классифицировать и ограничить их, будут модернизироваться, переходя в новую категорию: трехколесные, с сиденьем, с педалями и так далее. И чем более зажатым будет кикшеринг, тем больше личных самокатов появится. Логика простая: спрос на индивидуальную мобильность никуда не денется, изменится только то, чем он будет закрываться.

При этом в статье подчеркивается, что частные запрещать и не надо. На личных самокатах ездят ответственнее — так автору кажется. Вопреки приведенному выше описанию и статистике ГАИ, которая гласит, что в среднем соотношение аварий с личными и арендными самокатами примерно одинаковое. Например, по всей России за 9 месяцев 2025 года 54,2% от всех аварий произошло на самокатах, принадлежащих юрлицам. Это, напомню, не только кикшеринг, но и СИМ, которые используются, например, курьерами, не входящими в крупные службы доставки (последние считаются отдельно). 45,8% — на личных, получается. В отличие от кикшеринга — без ответственности и страховки.

Если бы нам было всё равно, то на этом месте можно было бы посчитать дискуссию завершенной. Но нам не всё равно. Мы — не абстрактный и бездушный «кикшеринг». Мы — люди; мы жители городов нашей страны; родители, дети, ваши друзья и соседи. Да, мы много времени проводим за рулем самокатов, но ежедневно мы все-таки спешиваемся, мы идем по тротуарам, пересаживаемся в автобусы, автомобили. И обо всех сложностях, обо всех болях мы узнаем не со страниц изданий или из телесюжетов, мы точно так же проживаем их.

Наше отличие в том, что мы видим и знаем, что делается на самом деле для того, чтобы самокаты продолжали приносить пользу городу и не причиняли дискомфорт тем, кто выбирает любой другой способ передвижения по Челябинску, Туле, Москве. И это знание позволяет нам не прятать взгляд при встрече, а уверенно смотреть в глаза наших родных и близких, в ваши глаза. Потому что нам не всё равно.

А еще мы знаем, что в Благовещенске просто ввели недоработанное регулирование, в котором разрешили поездки только в определенных зонах, а сами зоны не определили. А в Елабуге запретили кикшеринг, но в городе и не было ни одного из трех крупнейших сервисов. Такая вот активность для газетных заголовков, а не на благо горожан. В Люберцах просто идет работа над соглашением с городом, над таким, как в Челябинске, и после этого кикшеринг будет снова доступен.

Наверное, ушел в сторону, вернемся. Давайте напомним, кто ездит на самокатах. Кто такие «мы», кто такие «кикшеринг». Потому что часто нам показывают опросы на сайтах, где несколько десятков или сотен читателей голосуют за «запретить кикшеринг» и говорят: смотрите — народ против. Нас выставляют маргиналами, малочисленной кучкой безответственных подростков. А меж тем только в Челябинске в прошлом году на самокатах сервисов кикшеринга было совершено более 4,5 миллиона поездок. Каждый третий житель города хотя бы раз ездил на арендных самокатах. И чаще всего это были не юнцы, а мужчины за 30. Растет число пользователей старше 40 лет, в прошлом году их стало на 20% больше.

Сотни тысяч людей, миллионы поездок. Не похоже на кучку, согласитесь, да и для безответственных подростков многовато.

При этом 89% поездок совершалось не ночью по Кирова вперед-назад по два человека на самокат, а по маршруту дом — остановка автобуса, дом — торговый центр, дом — офис по Северо-Крымской и Братьев Кашириных, Комсомольскому проспекту и улице Гагарина. Просто ребенка на самокате мы всегда видим, а 99% законопослушных пользователей проезжают мимо совершенно незаметно. Потому что не нарушают, не пугают.

А теперь отдельно: по оценке ГАИ (не сервисов), за прошлый год в городе зарегистрировано 106 ДТП с участием самокатов. Всех самокатов: оранжевых, фиолетовых, желтых, частных. Миллионы поездок — и сто шесть ДТП.

Да, не может быть приемлемого числа аварий, любая цифра не подходит, если это не 0. Да, нельзя говорить, что вопрос решен и можно почивать на лаврах. Но все-таки, кажется, нельзя и полностью игнорировать контекст.

Тут ведь есть еще одна нестыковка. Много неприятностей происходит на улицах города, не только с самокатами. Едет человек за рулем автомобиля и листает социальные сети в телефоне — авария; подростки залезли на электричку и упали — травма; хулиган взял камень и бросил в витрину — вандализм. Запрещаем телефоны, электрички и камни? Так решаем вопрос? Или все-таки штрафуем за телефон за рулем, воспитываем подростков и ищем хулигана? Почему же, увидев двух детей на самокате, которые распугивают прохожих, мы говорим: запретить самокаты?

Иногда кажется, что просто потому, что слово это волшебное. Самокат. Указываешь его в статье, и тебе обеспечены клики, делаешь сюжет — просмотры. При чем чем хуже повод, тем их больше.

А в обратную сторону не работает. Как написал Артем, «кикшеринговые конторы заваливают нас релизами» про обучение правилам и контроль за их соблюдением. Вспомните, видели вы такие статьи? Согласитесь — очень редко. Нет запроса на позитив, как нам говорят. Это реклама. Проводим школы вождения — реклама.

А это ведь не просто «релизы», это социально важные сообщения, приглашения на обучение, статистика сезонов, снижение числа аварий.

Не указывайте название бренда, просто дайте знать горожанам, что правилам бесплатно обучают. Увы, нет запроса. А к рекламным объявлениям отношение другое. На школы вождения приходят сотни челябинцев, могли бы — тысячи. Несколько раз в сезон, по два-три дня с утра до вечера стоим в самом центре, ждем всех желающих.

Теперь о другом — а зачем вообще нужны самокаты? Есть же общественный транспорт, есть машины. Всё так, но ведь машин и так много, в транспорте и так многолюдно. Уверены, что те, кто пересаживаются на самокаты, делают хуже? Или все-таки вопрос в тех, кто не соблюдает правила, а не в самом факте поездки на самокате?

Искренне люблю Челябинск, неоднократно в течение каждого сезона бываю в нем. Иногда отели в самом центре забиты, и я останавливаюсь чуть дальше, в гостиницах в районе улицы братьев Кашириных, на Университетской Набережной например. Все мероприятия, встречи — в районе площади Революции. Если не такси, то это 20–30 минут ожидания на остановке и 20–30 минут в пути на автобусе, почти час получается. Или ровно час пешком. Ну или 15–20 минут на самокате. Разве не довод?

Теперь про «аренду асфальта». Не буду упоминать каршеринг, такси, частные перевозки. Перейду к сути. Участие сервисов в развитии города, в совершенствовании инфраструктуры логично. Никто не спорит. Но! Мы же не можем просто принести деньги и сказать: постройте. Нужны нормативно-правовые механизмы, целевые программы. Внесли на что-то конкретное, город сделал, отчитался перед жителями. Логично же.

И здесь уже перехожу к завершению. Собственно, та мысль, ради которой всё и затевалось. Нет волшебной палочки, не придумали еще.

Не бывает так, чтобы внезапно появился новый удобный способ передвижения, ставший в один момент очень популярным, и совершенно без проблем встроился в существующую жизнь города.

Не было самокатов, не было правил, не было инфраструктуры и культуры вождения. Появились самокаты, в 2023 году появились ПДД для самокатов на основе правил сервисов (которые появились еще раньше), развивается инфраструктура (появляются новые велодорожки, оборудуются парковки); закрепляется культура вождения.

В прошлом году коэффициент аварийности (число аварий на 100 тысяч поездок) в поездках на самокатах в Челябинске сократился на 40%. Уже снизился, это факт, а не проект. И работа не останавливается, продолжается.

Мы вводим новые зоны замедления в местах скопления пешеходов, мы обучаем правилам — помимо Школы вождения создали программу для общеобразовательных школ и вузов, бесплатно разослали ее по учебным заведениям и продолжаем раздавать всем, кто обратится. Мы размещаем социальную рекламу в городе и на популярных интернет-ресурсах. В ежедневном режиме мы работаем вместе с администрацией, с правоохранителями.

Сейчас есть все инструменты: правила, технологии, диалог всех причастных сторон. Нет только волшебной палочки, которая превратила бы ситуацию в идеальную за мгновение. Но она и не нужна. Нам не всё равно, администрации не всё равно, Артему Краснову не всё равно.

Давайте не будем уходить в популизм, «запрещая» то, что работает и приносит пользу. Давайте лучше вместе рассказывать о правилах, например. Воспитывать нашу молодежь, чтобы они ни на самокате не лихачили, ни на крыши электричек не забирались. Воспитывать родителей, чтобы в обход всех технологий не передавали детям свои учетные записи. Самим соблюдать правила, чтобы не только на самокате звонком не распугивать пешеходов, но и пешком через дорогу вне перехода не перебегать и матом в общественных местах не ругаться.

Кикшеринг — это не кучка маргиналов, это часть нашей жизни, это мы. И развивается он в соответствии с общей культурой общества, а не по взмаху волшебной палочки.

Челябинск по праву может считаться одной из столиц кикшеринга не только на Южном Урале, но и в масштабах страны. Городом и сервисами уже проделана огромная работа, которая привела почти к двукратному снижению числа аварий. И это работа продолжается, и игнорировать ее неправильно.

Начал с присказки, ей и закончу. Давайте искать решение там, где оно есть: в правилах, в диалоге, в культуре вождения. А не там, где светлее от вспышек камер журналистов.