
Хочу в шведскую тюрьму!
Вы смотрели фильм «Хочу в тюрьму»? Если верить режиссеру, то за границей не тюрьма, а самый настоящий санаторий, в который и попасть-то не так легко. Зрителю оставалось только завидовать забугорным зекам. У меня тогда сработало станиславско-русское «не ве

Вы смотрели фильм «Хочу в тюрьму»? Если верить режиссеру, то за границей не тюрьма, а самый настоящий санаторий, в который и попасть-то не так легко. Зрителю оставалось только завидовать забугорным зекам. У меня тогда сработало станиславско-русское «не верю!». Но совсем недавно довелось своими глазами увидеть, как живут заключенные в шведской тюрьме.
За решеткой тюрьмы «Скугумэ» в Гетеборге я оказалась, к счастью, не из-за того, что нарушила закон. Шведский институт FOJO в сотрудничестве с Союзом журналистов РФ пригласил меня в Швецию на двухнедельный семинар. «Скугумэ» является одной из специализированных тюрем страны. Здесь находятся заключенные, совершившие преступления на сексуальной почве (в Швеции есть еще две специализированные тюрьмы – для женщин и для тех, кто имел дело с наркотиками). Как позже объяснили ведущие семинара, эта тюрьма считается довольно крупной. Не смейтесь, но в ней отбывают свой срок 186 человек, при том, что общая численность персонала «Скугумэ» – 200 сотрудников.
С виду тюрьма напоминает, скорее, некое предприятие. Все по-европейски рафинированно: чисто, опрятно и очень современно. Еще на входе нашу журналистскую делегацию предупреждают: нужно оставить фотоаппараты и видеокамеры в специальных шкафчиках. Снимать на территории тюрьмы нельзя. Позже выяснилось, что и диктофонная запись внутри помещения запрещена, что вызвало возмущенный ропот среди пишущей братии. Пользоваться мобильниками и проносить шариковые ручки-карандаши там тоже не разрешают, но для нас по понятным причинам сделали исключение.
В обмен на удостоверения или загранпаспорта получаем пропуска. Нас встречают миловидные парень с девушкой в темно-синей униформе и вежливо предлагают начать визит в тюрьму с обеда. По ходу отмечаем, что вся женская часть сотрудников тюрьмы, общавшихся с нами, была в «интересном положении». Мысленно перебирая блюда из возможного тюремного меню, невольно вспоминаю многочисленные рассказы о русской баланде. Но в коридоре вкусно пахнет едой, так что второй раз приглашать журналистов на обед не пришлось.
Попадаем в небольшую и вполне уютную столовую для персонала, которая отделена от общей столовой для заключенных обычной дверью со стеклянной вставкой. Здесь – самообслуживание. Наши желудки удивленно обрадовались меню: густой гороховый суп с щедрым количеством говядины, салат из консервированных фруктов со взбитыми сливками, сыр, сливочное масло, несколько видов хлеба, булочки для бутербродов, чай, кофе, вода. При желании можно взять бутылочку пива 0,3 литра. Оно практически безалкогольное, всего 2,2 градуса, так что можно употреблять и на службе, и за рулем.
Обед был по-домашнему вкусен. По крайней мере, еда в российских студенческих столовках и некоторых детских лагерях шведской тюрьме проигрывает. Закономерный вопрос: «Чем питаются ваши подопечные?» – вогнал надзирателей в ступор. «У нас общая кухня, можете сами посмотреть, едят все то же, что и вы. Только пиво им не разрешается ни в каких количествах. Да, еще сегодня им на обед блинчики с джемом давали, но к вашему приходу они закончились…» – пояснила одна из провожатых тюрьмы. Не поверив, журналисты несколько раз переспрашивали сотрудников, а затем и самих заключенных. Но ответ был один: питаются все одинаково.






