Константин Захаров, генеральный директор ОАО «Теплоприбор»: «Машина подпрыгнула, на высоте трех метров срезала дерево и воткнулась в забор из профнастила…»

25 октября 2007, 12:45 7 713

Ситуация неприятная, даже опасная. За стеклами 28 градусов мороза, а на приборной панели BMW X5 горит предупреждение об утечке из двигателя масла и призыв срочно остановиться. На автомобиле с пробегом всего 370 км!

Случается это не где-нибудь, а на полпути от озера Банное до Челябинска, то есть примерно в ста километрах от дома. Беглый осмотр показывает, что из восьми литров масла, положенного мотору по инструкции, осталось не более литра. Коробка передач автоматическая, соответственно, буксировать машину нельзя. Совсем плохо, что помимо водителя в машине его жена и дети. Так недолго и замерзнуть.

Слава богу, обошлось. На попутной машине удалось добраться до города, вызвать эвакуатор, доставить коварный Х5 к официальному дилеру. Чтобы сделали после такого приключения вы? Потребовали назад деньги? Обратились в суд за компенсацией морального ущерба?

Константин Захаров, директор одного из крупнейших приборостроительных предприятий области, завода «Теплоприбор», рассказывает эту историю вовсе не в отместку BMW. Напротив, это происшествие демонстрирует его … удовлетворенность маркой.

– По натуре я однолюб. В мире существуют много знаменитых автомобильных брендов, но я приверженец баварской «конюшни» и считаю, что, переживая с хорошей фирмой времена и тяжелые, и счастливые, ты получаешь гарантию, что всегда будешь доволен.

Но можно ли быть довольным после такой нервотрепки?

– Зато я понял, что BMW не относится ко мне, как к одноразовому клиенту. Когда автомобиль доставили официальному дилеру, специалисты скрупулезно изучили проблему – причина утечки масла оказалась в перемерзающем патрубке системы вентиляции картера. На морозе пары воды кристаллизовались и забили его, в результате давление в картере сильно возросло и масло выдавило через уплотнения и сальники. Поначалу проблему решили кулибинским способом, сделав подогрев вентиляционного патрубка. А через какое-то время баварские инженеры BMW, изучив наши данные, создали так называемый канадский вариант X5, в котором картерные газы проходят через специальную центрифугу, где от них отделяется вода, и лишь потом подаются во впускной коллектор. Для северных стран это исполнение стало стандартным.

Что значит BMW?

– Итак, вы любите BMW. Почему именно BMW?

– После множества отечественных автомобилей моей первой иномаркой был BMW 520i (Е34) со спортивной подвеской – купил я его почти случайно. Будучи молодым бизнесменом, я понял, что значит автомобиль, сделанный для человека. То яркое впечатление больше не повторялось никогда.

Конечно, потом привыкаешь к уровню совершенства и комфорта, начинаешь разбираться в мелочах и сравнивать машины более тщательно, но BMW все равно впечатляет. Лет восемь назад фирма выпустила кроссовер Х5, и я выбрал автомобиль с мотором 4,4 литра. Он мне очень понравился, поэтому три года назад я поменял его на другой Х5, но с мотором 4,8 литра (360 л.с.).

Каждая фирма имеет свою идеологию, и у BMW она заключается в безопасности и удобстве для водителя. Однако это безопасность на грани экстрима, поскольку все автомобили мощные, азартные, позволяющие выплеснуть адреналин и показать себя лидером на дороге. Но случаются ситуации, когда от водителя мало что зависит, и тогда BMW гарантируют максимально возможную безопасность. Вот пример.

Пятого мая этого года я ехал с Увильдов к Аргаяшу – весна, температура +15 градусов, все перешли на летнюю резину. Дорога вблизи Аргаяша шла на подъем, и вдруг навстречу из-за вершины потянулись автомобили, полностью облепленные снегом. Мы едем из лета, а они – из суровой зимы. Сначала было умилительно, но в последний момент в голову ударила мысль, что там, за вершиной, лежит снег, а я несусь на скорости 100 км/час на летней резине. И действительно, весь спуск был белый, и хотя я начал тормозить, это не помогало – машину потащило на встречную полосу. Но автоматике удалось удержать автомобиль от заноса, и за счет малой толики оставшегося сцепления я увел машину от лобового столкновения вправо, за пределы дороги. Без помощи системы стабилизации DSC и полного привода я бы не справился. Мы сделали несколько пируэтов и остановились на белом поле. Внутрь бескамерных шин набилась трава и гравий, при этом три шины даже не разгерметизировались – на шиномонтажке сказали, что видели такое впервые. Но ни мы, ни машина не пострадали.

– Вы получили высшее техническое образование (специальность «авиационные двигатели»), и, наверное, рассматриваете автомобиль скорее как технический объект…

– Да, я инженер по образованию, и для меня сбалансированность технических решений важнее любой рекламной кампании. Автомобили BMW имеют массу технических «прибамбасов», которые порой даже незаметны, но незаметны именно потому, что удобны и эффективны. Скажем, зеркала с автоматическим затемнением. Нередко обгоняешь ночью не очень опытного автомобилиста, а он ослепляет тебя дальним светом в момент завершения маневра. Порой этот автомобиль слепит и встречных водителей, они моргают в ответ, и создается опасная ситуация, когда ни они, ни ты не видишь ничего. Зеркала с затемнением позволяют избежать лобового столкновения – худшего вида автокатастроф. А на первый взгляд – мелочь.

Таких штучек в BMW можно обнаружить десятки, и все они работают в комплексе. А когда садишься в машину, лишенную этих систем, чувствуешь себя солдатом на спецзадании. Такая жизнь уже не воспринимается нормальной.

– А имидж BMW как автомобиля для «крутых» парней имеет какое-то значение?

– Мне, как и любому человеку, не безразлично, как меня воспринимает окружающий мир. Но машина для меня – это не способ показать себя, скорее, игрушка, фетиш… Наверное, единственный фетиш, который важен для самореализации. Я думаю, что машина говорит о характере мужчины больше, чем 200-страничная биография, иногда даже больше, чем он сам знает о себе.

– С этой точки зрения, что BMW X5 говорит о вас?

– Для меня важен эстетический аспект – автомобиль должен быть красив и гармоничен, как и сама жизнь. Мощность автомобиля – это возможность сделать больше, чем кто-либо другой. Мне нравится агрессивность, которая позволяет в критической ситуации сделать то, что находится за пределами способностей других. Но речь идет не о злой агрессивности, а о потенциале, который можно реализовать.

Спортивно-агрессивный и семейный

– Мощные BMW – автомобили провокационные… Вы любите ездить быстро?

– Да, это одна из моих слабостей, но делаю я это очень редко, и при условии абсолютной безопасности для себя и окружающих, потому что рисковать жизнями других – самое поганое, что можно себе позволить. Если я и езжу быстро, то по свободной дороге и без пассажиров.

В молодости я много занимался экстремальными видами спорта, прыгал с парашютом, и даже был инструктором по мотокроссу в Ташкенте, откуда я родом. Я хорошо разбирался в технике, характер был агрессивно-спортивным, стиль вождения – соответствующий. У меня было много происшествий, которые могли закончится смертью моей или окружающих, после таких случаев из жизни уходили определенные глупости.

В 1988 году, только приехав в Челябинск, я ездил на отцовском «ВАЗ-2106» 1977 года выпуска. «Шестерка» с мотором 1,6 литра считалась тогда самым мощным автомобилем из вазовской линейки, и однажды ночью я «зарубился» с новенькой «девяткой». Мы ехали по Комсомольскому проспекту от Молодогвардейцев в сторону Каслинской, но я не знал, что проспект заканчивается тупиком – пустая дорога и ряды огней создавали иллюзию бесконечной взлетной полосы. После перекрестка со Свердловским проспектом я вдруг понял, что дальше света нет. Как назло, недавно прошли поливальные машины, а впереди – трамвайные пути и трамплин перед ними. Тормозить бесполезно, и единственное, что я успел сделать правильно – это выровнять машину. В результате мы подпрыгнули, на высоте трех метров срезали дерево и воткнулись в забор из профнастила – тогда там были какие-то мастерские. Машина повисла, а мы из нее выпрыгивали, радуясь, что все живы-здоровы.

Сегодня, садясь за руль, я понимаю, что моя безопасность на дороге зависит от меня процентов на пятьдесят, а в остальном – от окружающих. И я всегда допускаю вероятность, что мне может попасться такой же чудак, как я в молодости. К таким возможностям нужно быть готовым, и лучший вариант – действовать в рамках правил, соблюдая скоростной режим, правила обгона и т.д.

Когда я обзавелся семьей, у меня выработалось два стиля вождения. Один – острый, как раньше, когда я могу стартануть с перекрестка и оставить всех позади – не обязательно нарушая скоростной режим, просто ради ускорения. Но если в машине сидят дети и жена, которая за них волнуется, то попытки реализовать такой стиль могут привести к нежелательному разговору. (Улыбается.) Поэтому выработался семейный стиль вождения – спокойный и уравновешенный.

Мой отец всегда учил меня, что хороший водитель – не тот, кто ездит быстро или круто поворачивает, а тот, с кем пассажиры чувствуют себя комфортно и безопасно. Эта аксиома позволяет не выпендриваться на дороге. Если твой пассажир постоянно ищет педаль тормоза, никакой ты не водитель, а чудак на букву М.

– Но и первый стиль вождения проявляется?

– Редко, но проявляется. Не так давно на выезде из города мы «зацепились» с Audi, и наша гонка длилась километров сорок по трассе Челябинск-Екатеринбург. Потом мы остановились, пообщались, я был очень удивлен, что у Audi стоит турбомотор объемом 4,2-литра, форсированный до 500 л.с. Несмотря на превосходство в мощности в 140 л.с., ему не удалось оторваться от меня, и все дело в ходовой части – благодаря пневмоподвеске и настройке рулевого управления BMW X5 позволял передавать дороге все 360 л.с., а водитель Audi осторожничал – при малейших неровностях возникало ощущение, что автомобиль того и гляди уйдет с дороги.

Куда пойти учится?

– Константин Юрьевич, все мечтают о хорошей машине. По сложившимся стереотипам, на нее легче заработать, скажем, в банковском деле или в сфере продаж. Насколько такая мечта реальна для людей технических специальностей?

– В городе пробки, и не потому, что стало много «Жигулей» – прибывают иномарки. И в них сидят совершенно нормальные, адекватные люди, молодые или среднего возраста, часто – женщины. Сегодня значительная часть малого и среднего бизнеса ездит на хороших машинах. Что касается технарей, то однозначно они тоже могут заработать на хорошую машину. У нас на заводе молодые специалисты ездят на «фордах» и «хенде» – это начальная ступень, потом пересаживаются, к примеру, на Audi и Honda. Сегодня уровень доходов в технической области значительно выше, чем пять лет назад, а года через три он возрастет еще. Это естественно – в промышленности идет реструктуризация, которая приводит к уменьшению количества занятых, но увеличению их зарплат. Чтобы мотивировать людей на хороший высокопроизводительный труд, зарплаты должны быть высокими.

Ваш вопрос, скорее, из другой области. Суть в том, чего хочет добиться сам человек. Раньше в дефиците были бухгалтера, потом юристы, и все торопились учиться на бухгалтеров и юристов. Но сейчас предложение превысило спрос, соответственно, упали средние зарплаты. Если человек выбирает профессию по принципу «где больше платят», то пока он будет учиться, этим займутся все такие же бедолаги. И после окончания обучения он попадет впросак.

Специальность надо выбирать исходя из жизненных предпочтений, ради реализации мечты. Кем бы ни были такие специалисты – врачами, педагогами или инженерами, – они будут лучшими, и всегда будут оценены морально и материально. Когда люди идут просто за деньгами или машинам, они будут такими же, как все. А если как все, то и гонорар надо поделить на всех.

Почему получается «паровоз»?

– Завод «Теплоприбор» работает с предприятиями автомобильной отрасли. Как вы оцениваете их работу с позиции инсайдера?

– Мы поставляем измерительное оборудование и системы автоматизации технологических процессов практически всем автозаводам страны.

По сравнению с Западом бросается технологическая и организационная отсталость лет на 15 – 20. Каждая компания имеет некую парадигму, принцип своего существования. Например, АвтоВАЗ создавался во времена, когда на рынке был огромный дефицит автомобилей, а возможности приобретения крайне ограничены. И сформировалась парадигма – не мы для клиента, а клиент для нас. Во времена Каданникова возникли барьеры, препятствующие заходу на рынок иностранных конкурентов АвтоВАЗа, и завод долгое время оставался монополистом. Но наступили иные времена, и люди совершенно справедливо выбирают автомобили по своим потребностям, а не для того, чтобы заниматься ремонтом или доводкой. Парадигма советских времен сыграла с АвтоВАЗом злую шутку. Переломить ситуацию можно, если масса людей, мыслящих иначе, превысит критический порог.

– На ваш взгляд, автомобильная промышленность России имеет потенциал?

– Да, и во многом он касается сборочных заводов иностранных производителей (Renault в Москве, Ford под Санкт-Петербургом и т.д.). Здесь воспитываются специалисты новой волны, которые учатся правильному подходу и правильному мышлению. Рано или поздно из этого костяка сформируется производство, ориентированное не на себя, а на клиента.

Сборочный завод дает возможность сконцентрироваться на конечном этапе создания автомобиля, он не отягощен сложными производствами, вроде литейки или инструменталки, которые поглощают значительные ресурсы любого завода. Появляется возможность заняться аутсорсингом (передачей определенных производственных операций внешнему подрядчику). И главное – к сборочному производству легко «прицепить» конструкторскую часть, которая не будет ограничена технологическими возможностями негибкого производства. На глубоко эшелонированном АвтоВАЗе сделать это сложнее. Как бывает: дизайнеру покажут три типа фар, мол, выбирай из них, а замысловатые формы не выдумывай, потому что нетехнологично. А из запчастей для паровоза что ни собирай, все равно получится паровоз.

Константин Захаров – пример управленца нового времени. Он не похож на директора завода советской эпохи – уставшего бюрократа с канцелярской речью и стереотипным мышлением.

Инженер по образованию, Захаров закончил Высшую международную школу бизнеса, получив звание MBA (Master of Business Administration), и в 1999 году стал генеральным директором ОАО «Теплоприбор». А в 2000 году удостоился престижной награды «Лучший менеджер России». Спортивная злость сочетается в нем с умением трезво и спокойно оценивать себя и ситуацию, также как стремление к новым победам уживается с верностью некогда выбранным идеалам.

Помимо культа BMW Константин Юрьевич исповедует культ семьи – у него четверо детей, и он сетует, что Х5 не вмещает всю семью одновременно. На повестке дня – замена автомобиля на более вместительный, и BMW очень дальновидно выпустила новый Х5 с семиместным салоном. Впрочем, Константину Захарову, похоже, больше по душе совершенно новый купе-кроссовер Х6 – идеальный автомобиль для активного водителя, ездящего по неважным дорогам.

Я выхожу из главной проходной завода, и еще раз дивлюсь огромному белому храму, который высится во дворе, прямо напротив проходной – он был построен в 90-е годы для поднятия морального духа рабочих. Здесь, на окраине ЧМЗ храм вселяет чувство уверенности и спокойствия. А дальше находится бесплатная охраняемая парковка: если храм – это забота о духовном, то парковка – о насущном. Чувствуется рука не просто собственника, но хозяина.

ПО ТЕМЕ