RU74
Погода

Сейчас+24°C

Сейчас в Челябинске

Погода+24°

переменная облачность, без осадков

ощущается как +22

0 м/c,

738мм 50%
Подробнее
5 Пробки
USD 88,28
EUR 96,26
Страна и мир Спецоперация на Украине интервью «С той стороны не папуасы»: мобилизованный челябинец — о выживании, настроениях и отношении к врагу

«С той стороны не папуасы»: мобилизованный челябинец — о выживании, настроениях и отношении к врагу

Вадим Качкайкин был мобилизован в числе первых и провел в зоне СВО пять месяцев

Вадим Качкайкин в зоне СВО

С Вадимом Качкайкиным мы познакомились во время отправки мобилизованных 27 сентября 2022 года, и оказалось, что он уже был героем наших материалов. Например, несколько лет назад мы писали, что он принял участие в создании саркастического ролика, требующего вернуть крепостное право. Вадим работает гибщиком на «Трубодетали» и одновременно является заместителем председателя профсоюза предприятия (что, забегая вперед, дало ему хороший опыт для адаптации в армии). В Челябинск он вернулся на двухнедельный отпуск и согласился прийти в редакцию 74.RU, чтобы ответить на вопросы, многие из которых проистекали из жалоб других мобилизованных на хаос в учебных частях, трудности с обеспечением и недостаточный уровень подготовки. Вадим рассказал о настроении бойцов, о психологической нагрузке, о своем разговоре с губернатором Алексеем Текслером, а еще о том, почему иногда полезно фотографировать во время дежурства в окопе.

Вадим приехал в Челябинск в двухнедельный отпуск

Вадим как будто не изменился: он говорит без налета солдафонщины и подчеркивает, что очень старается сохранить связь с гражданской реальностью. Интерес нашему разговору придает тот факт, что Вадим никогда не ставил себя в ранг «ура-патриотов», то есть людей, которые ликовали после начала СВО и грозили миру кулаками. Ниже — его монолог, разбитый на несколько глав.

  1. Личное отношение к СВО
  2. О подготовке в Елани
  3. О хаосе первых дней
  4. Об адаптации в новых условиях
  5. Об отправке в зону СВО
  6. О жизни в условиях СВО
  7. Об идеологии и политических спорах
  8. О восприятии противника
1

Личное отношение к СВО

— 24 февраля 2022 года... У меня отец очень классный специалист, очень уважаемый, и он никогда не матерился.

«А тут я звоню отцу, спрашиваю: "Ты слышал, что началось?" И он говорит: "П....". Я говорю: "Абсолютно согласен"»

Было ощущение, как в 2001 году, когда мне было 14–15 лет, мы смотрели по телевизору обрушение башен-близнецов в Нью-Йорке и понимали, что происходит нечто такое, что не укладывается в голове. Но сейчас я уже не хочу рассуждать, потому что я в тех условиях, когда нужно просто выполнять задачу. Но только глупый человек желает начала войны.

На мою мотивацию отношение к СВО не влияет, я не буду отказываться от задач, потому что против этого. Но, конечно, понимаешь, что когда деды поднимали тост за то, чтобы не было войны, — это не зря. Они понимали, что это такое. К сожалению, и нынешнее поколение это тоже узнает.

Я рад, когда пытаются вернуть патриотическое воспитание в школах, рассказывают об истории, о флаге, гимн звучит чаще… Но я совсем не понимаю, когда по Сети гуляют ролики, где дети пяти-семи лет в военной форме распевают гимны частных военных компаний. У них есть возможность этого не увидеть, не понять, зачем вы их затягиваете? Для чего это всё?

В редакцию Вадим приехал с женой Катей

Сейчас кто громче всех кричал, тот тише всех сидит. А что с этим сделать? Мы сидели в аэропорту и ждали рейс, к нам по очереди подсаживались люди, которые по нашей форме понимали, кто мы и откуда. И начинались разговоры по одному лекалу: «Да я бы тоже пошел, но вот только...» Такого много. Лучше же пообсуждать, посты пописать, комментарии гневные.

Нам хочется, чтобы всё скорее закончилось, но для этого общество должно сказать свое слово, а оно не скажет. Это два параллельных мира. У меня уже была повестка в кармане, я шел в ТК «Кольцо» покупать вещи перед отправкой в Елань, из каждого утюга неслось про СВО, а кругом шла обычная жизнь. Люди не хотели знать, не интересовались. Сейчас в заводских коллективах не принято разговаривать на эту тему, люди стали замалчивать свое личное мнение. Многие боятся что-то сказать, чтобы не получить панч: «А чё тогда здесь сидишь? Вот и езжай, а не рассуждай». И люди меньше стали говорить.

«А еще хуже, что они стали привыкать к новостям про СВО и сводкам с фронта, живут с ощущением нормальности»

Мы не знаем, сколько мы там пробудем. Есть мое личное понимание, что СВО должна закончиться переговорами, но когда это произойдет? Это всё на уровне слухов, не более.

2

О подготовке в Елани

— После той нашей встречи с тобой, 27 сентября, была Елань, где проходило слаживание и обучение, что не могло не радовать. Кто от станков пришел, кто из офисов. Даже военные с боевым опытом по прошествии стольких лет, по сути, были на одном уровне с нами, начинали все в равных условиях.

Вадим во время проводов мобилизованных от Советского военкомата 27 сентября 2022 года. К тому моменту у Вадима был лишь опыт срочной службы в армии в Архангельской области

Нам повезло — уровень подготовки был хорошим. Насколько знаю, не во всех регионах было так. Нас готовили 2,5 месяца, приезжали специалисты ЧВК, сверхсрочники — те, кто принимал участие в боевых действиях и знал особенности именно этого конфликта. Никакого круглосуточного рытья траншей не было, всех разделили на рода войск и готовили к тем условиям, с которыми мы столкнемся. Каждый день стрельбы, тактические мероприятия, стратегия, медицина, эшелонирования рюкзака. Эшелонирование — это распределение вещей, с которыми ты можешь существовать определенное время как автономная единица или в составе группы. Первый эшелон — это то, что находится на тебе, в разгрузке, на бронежилете: противошоковая аптечка, нож, мультитул (многофункциональный нож-инструмент. — Прим. ред.), фонарь, боекомплект. Второй эшелон — это тактический рюкзак, в котором запас еды, воды, с ним можно прожить 2–3 дня на задаче. Вот эти два эшелона в сумме весят 40–45 килограммов, а третий эшелон добавляет еще килограммов 15, но с ним мы перемещаемся уже как улитки в случае смены места дислокации.

Во время маршей боец несет на себе десятки килограммов груза

Были кроссы, пробежки, турники. Все занимались в меру того, насколько понимали, куда едут. Некоторые относились расслабленно: «Да ладно, зачем, куда там бегать?»

«Пинками никого не заставляли, то есть, как в армии, не было. Тут другой подход»

Все люди взрослые, должны понимать, куда пришли, а дальше уже были проблемы каждого. Кто понимал — тот понимал. Кто не понимал — потом наверстывал.

3

О хаосе первых дней

— В гарнизон Елани прибыло большое количество людей, все разношерстные — такая модель государства в четырех стенах. Все со своим опытом, все что-то еще желающие кому-то доказать.

«Там были и патриоты, и ура-патриоты, которые били себя в грудь: да я могу, да я могу, но по прошествии какого-то времени они стали обычными ребятами»

Структура учебного центра оказалась не способна переварить такой наплыв, естественно, была легкая разболтанность. Это первая мобилизация за долгое время, и поначалу система была вообще не готова, тем более все люди приехали со своим царем в голове. Чувство нормальности начало появляться месяца через полтора.

Проводы мобилизованных освещали телеканалы

Люди приехали, не очень понимая, куда попали. И сразу начались вопросы, на которые командование было не готово ответить. Начались слухи, что экипировки не хватает, что поедете со своим. Потом всё это не подтвердилось, и в конце декабря, во время отправки, мы получили всю экипировку, и хорошего качества. Но в первые дни люди начали бурлить, все массово скупали, что нужно и что не нужно, пошел рост стоимости «экипа».

«Бронежилет "Ратник" до мобилизации стоил 15 тысяч, а в моменте цена подскакивала до 220 тысяч»

Потом, конечно, цены снизились, но у людей была паника, шли какие-то сборы денег.

Поначалу войсковая структура не была готова выплачивать денежные средства, первую зарплату мы получили в конце ноября, но зато со всеми пересчетами до копейки, а после этого уже платили регулярно.

Когда всё улеглось, стало возможно говорить о претензиях. Когда губернатор Челябинской области сказал, что не будет выплаты региональных подъемных, я сделал пару постов, ваши коллеги-журналисты поддержали, потом Алексей Леонидович Текслер звонил мне. Он так интересно выразился: «Вы должны сказать, что мы делаем всё возможное». Я ответил: «Давайте мы скажем, как на самом деле. Будет поддержка — значит, будет». Если бы я не ездил по предприятиям других регионов и не понимал уровень экономического развития Южного Урала, я бы, может, и поверил в аргумент, что у области нет денег. Но в Челябинской области, извините, деньги были, так что я ответил, что буду говорить как есть. Но потом они, конечно, изыскали резервы, оказали материальную поддержку. На заводе «Трубодеталь» нам также сохранили среднюю зарплату, а это вообще большая редкость.

4

Об адаптации в новых условиях

— Я очень удивился, что мне понадобилось дня три и появилось полное ощущение... Слово «комфортно» странно звучит в этом контексте, но это именно так — начинаешь абсолютно адекватно воспринимать обстановку.

Вадим в сатирическом ролике, требующем вернуть крепостное право

Мне очень помогли навыки, приобретенные в общественной деятельности, которая для меня началась в 2014 году, когда на «Трубодетали» возник жесткий конфликт с работодателем, а я являлся непосредственным его участником со стороны работников. Потом мы выпускали ролики, предлагали вернуть крепостное право, отстаивали моногорода, делали проект «Факел надежды» в Бакале, «Жизнь на минималках», «Почти как в офисе», и на этой волне у меня сформировались скилы общения и переговоров. На предприятии я работаю гибщиком (и до сих пор трудоустроен), но участвовал во всех переговорных процессах, входил в комиссии по расследованию несчастных случаев, поэтому мне было проще, чем многим, налаживать контакт даже там, за «ленточкой».

Приехав, я в первую очередь нашел своих с «Трубодетали», узнал, у кого какая обстановка, кому что нужно в смысле гуманитарной поддержки, кто как устроился, есть ли связь с родственниками. Я по привычке на себя замыкал решение таких вопросов, и это помогло мне адаптироваться, не стать закостенелым воякой, который ничего не воспринимает и от гражданской жизни сильно отстал.

«Я стараюсь не терять связь с внешним миром, потому что ни к чему хорошему это не приведет»

Мы понимаем, что это надолго, честно говоря, и не очень понятно, когда мы поедем домой. Но совсем превращаться в военного не хотелось бы.

5

Об отправке в зону СВО

— Дата отправки смещалась много раз, думаю, это могло быть сделано и умышленно. Дата сдвигалась, сдвигалась, и мы перестали на нее реагировать. Допустим, говорят, что через неделю, мы такие: «Ну да, конечно».

«Поначалу мы надеялись, что, может быть, конфликт разрешится сам собой, была такая надежда»

Но, конечно, условия в Елани таковы, что люди перестают относиться серьезно. Все поделились на тех, кто продолжал обучение, и кто перестал. Не было такого, чтобы кого-то гнали из-под палки. И ты уже понимаешь, что дальше, если отправки не будет, люди начнут деградировать, их боеспособность будет стремиться к нулю. Люди начали уставать от ожидания, а колебаний насчет того, ехать на фронт или не ехать, не было: решение мы приняли в тот момент, когда получили повестку.

Боевые действия требуют не только мужества, но и разумного отношения к риску

Грохот канонады требует привычки. Но быстро начинаешь разбираться, что за вооружение летит, наши это или противник. Безусловно, страшно, глупо не бояться. Страх — это катализатор, чтобы соображать трезво.

Основное правило, которое мы с ребятами сразу определили: если это конфликт с широким использованием артиллерии, то это, безусловно, лотерея, как бы это ни звучало. И если мы хотим вернуться, то нужно минимизировать свои риски. Есть какие-то простые правила: не находиться на открытых пространствах, носить броню... Потом проще стало, адаптировались, существуем в этой системе.

Есть среди бойцов, конечно, авантюристы. Есть те, кто говорит: «У меня стресс, мне нужно выпить, чтобы успокоиться». Для меня это не поддается пониманию. Ты приходишь с боевой задачи, у тебя стресс, ты выпиваешь, и тут же возникает еще одна боевая задача — а ты стресс снимаешь? Ладно, ты сам, но ты подведешь товарищей.

6

О жизни в условиях СВО

— Время летит очень быстро. Оно начало долго тянуться, когда я узнал дату отпуска. А когда ты не знаешь конечной точки, дни отлетают очень быстро. Не дни — недели.

Никаких выходных нет. Постоянная занятость. Чередуется выполнение боевых задач и каких-то организационных мероприятий, налаживание быта на новом месте. Всё делается подразделением, дружно. На новое место заехали — разделили задачи.

«К работе без выходных быстро привыкаешь, находишь моменты, когда можно отдохнуть»

Постепенно понимаешь правила игры, а они всё равно есть, и оказывается, что есть время для небольшого отдыха. Задачи, которые поначалу требовали у тебя полчаса, ты потом выполняешь за пять минут. Конечно, всё урывками: сон, еда, но это нормально. Человек ко всему привыкает.

Смена мест абсолютно непредсказуема и связана с обстановкой. Можешь просидеть где-то три дня, а можешь — три месяца. Ночуешь в домах, в окопе, где угодно — всё зависит от задач. Зимой в окопе прохладно, но тоже привыкаешь. Начинаешь ловить какие-то моменты, например, я сделал снимок из окопа, жена говорит — жуткий. Это помогает отвлечься, разгрузить голову.

Военный натюрморт, снятый из окопа

Воюем подразделениями, сформированными в Елани, в чем и был смысл слаживания. Конфетно-букетный период притирки закончился, уже все знают, кто на что способен, на кого можно положиться. Получился хороший мужской коллектив.

В рамках подразделения всё достаточно просто: есть боевая задача, есть участки, которые нужно держать, закрепить, наблюдать. На всё есть четкие инструкции, всё это связано.

У всех настрой, чтобы всё поскорее закончилось. У всех планы дома, родные, жизнь, к которой они привыкли... Точнее, от которой они до сих пор не отвыкли. И это тоже стимул, потому что выполнение одной, второй, третьей задачи локально может выглядеть мелочью, но на самом деле приближать момент, когда мы все поедем домой.

«Все в ожидании, все хотят, чтобы поскорее закончилось. Странно было бы думать иначе»

Сложно приходится некоммуникабельным, но мы всё равно затягиваем всех в коллектив. Бывает, кто-то не делится день, два, три, потом разговоришь его — рассказывает. Всех волнуют события дома. Мысли, чтобы там всё было хорошо. Человек тянется к дому. Мы не на 20 лет пришли воевать. Я надеюсь.

7

Об идеологии и политических спорах

— В первые дни в учебке времени было много, случались споры, многие еще хотели что-то доказать: Америка плохая, Россия хорошая. А приехав сюда, поняли, что всё достаточно просто: есть задачи и нужно их выполнять.

«Все поняли, что никакой идеологической подпоры нет, да и не было ее»

Сейчас там находятся ребята, обычные пацаны, которые получили повестку и сочли своим долгом прийти. Если нам говорят, что мы делаем добро, — хорошо. Но, как говорится, добро бывает с кулаками. Пусть это будут наши кулаки.

У каждого своя мотивация в голове, каждый понимает, для чего он пришел, просто это не то место, чтобы обсуждать. Люди перестали это декларировать, оставили внутри, хотя, безусловно, чем-то они руководствуются.

Я не видел тех, кого бы загнали из-под палки. Вернее, там нет тех, кто дико бы сожалел, винил бы окружающих. Кто не хотел ехать, тот искал и находил пути выбраться. Некоторые знакомые сделали свой выбор — получив повестку, сбежали. Я не буду их осуждать. Но для себя я решил, что побег перечеркнет все 35 лет жизни, все достижения, круг знакомств. Вот это моя мотивация. У тебя выбор: ты идешь и выполняешь задачу или тебе создают условия, в которых ты вынужден начинать жизнь с нуля, без возможности для развития, без признания, достижений. А у многих такая мотивация: я много лет назад принимал присягу, слова правильные про Родину говорил... Если уж мне сказали, что это нужно, я могу это обсуждать. Но знаешь, как в уставе — ты можешь оспаривать приказ только после того, как его выполнишь. Здесь, наверное, так же.

Были мобилизованные, которые ехали и всю дорогу молчали, а сейчас все прекрасно понимают, что на этих ребят можно положиться на 100%. Они в бою не подведут. А были те, кто били себя в грудь: «Да я! Да я!» А сейчас их не видно, они тише воды, ниже травы. Обстановка там проявляет, кто на что способен. Напускное сдувает здорово.

8

О восприятии противника

— У кого-то настрой такой: там фашисты и только фашисты и их всех надо... Если говорить о моем восприятии, то там находится противник, и мы должны выполнить свои задачи. И эти задачи, безусловно, связаны с его уничтожением. И это надо принять как данность, по-другому не бывает. В гражданском обществе это не является нормой. Но там это норма, потребность, необходимость. Но эмоционального желания вешать ярлыки у меня нет. Там просто противник.

Вадим говорит, что проблем с экипировкой и снабжением нет

Наша армия хорошо подготовлена, и ребята замотивированы, и командование адекватное. Но и с той стороны не папуасы. Нет, там хорошо вооруженные, подготовленные, обученные солдаты, у них иные мотивации, возможно, в некоторых моментах они сильнее наших. Многие сейчас думают, что пойдем и победим всех. Мы победим обязательно, я в этом не сомневаюсь, но только это не должно расслаблять. Нельзя недооценивать противника. Не надо мифов создавать.

Всё очень динамично. Есть план, мы его не знаем, но придерживаемся. Если в Елани система не была готова, то сейчас полное ощущение, что это четко отлаженный механизм, вплоть до мелочей, начиная от снабжения и до руководства подразделений. Это работающая система.

ПО ТЕМЕ
Лайк
LIKE1
Смех
HAPPY0
Удивление
SURPRISED0
Гнев
ANGRY0
Печаль
SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
788
Читать все комментарии
ТОП 5
Мнение
«Так блестят ведра, из которых полы моют»: журналистка привела 7 аргументов против петуний на заборах в Челябинске
Людмила Орлова
обозреватель
Мнение
«Полжизни подвергаются влиянию липкого налета»: действительно ли нужно чистить зубы дважды в день?
Лилия Кузьменкова
Мнение
Челябинск сближает: журналист — о феномене города, где все друг друга знают
Анна Голубницкая
внештатный корреспондент Городских порталов
Мнение
Слоны ходят по дорогам, папайя стоит 150 рублей. Россиянка провела отпуск на Шри-Ланке — сколько это стоит
Алена Болотова
директор по продажам 72.RU
Мнение
Не хочешь — заставим: ответ депутату, который предложил закрепить законом статус «Глава семьи» за мужчиной
Екатерина Бормотова
Журналист оперативной редакции
Рекомендуем
Объявления