Культура репортаж

«Почему тушка-то расслабленная?». Что происходит в закулисье челябинского театра оперы и балета

Мы узнали, как артисты и другие сотрудники готовятся к грандиозной премьере в честь юбилея

Подготовка к спектаклям начинается задолго до того, как их увидят зрители

К юбилею там сейчас готовят постановку «Бал-маскарад». Мы сходили на репетицию спектакля, пообщались с сотрудниками цехов, в которых делают костюмы и декорации, а также посмотрели, что происходит в столовой и балетных залах. Все подробности из-за кулис — в репортаже 74.RU.

В конце сентября театр оперы и балета празднует 65 лет

— Атмосфера здесь питерская! — восклицает наш фоторепортер Дарья Пона.

Мы — во внутреннем дворике челябинского оперного, попасть куда можно только через специальный пункт пропуска с турникетом. Обычно вход сюда для всех, кроме сотрудников, заказан, но перед днем рождения в театре согласились провести экскурсию по закулисью для журналистов 74.RU.

Это — внутренний дворик

Нас встречает пресс-секретарь театра Анастасия Черкас. Мы порываемся сразу же отправиться на репетицию новой оперы «Бал-маскарад», но она предлагает другой план:

— Туда мы еще успеем — артисты будут на сцене до часу, давайте сначала пройдемся по цехам.

«Художник всё диктовал, а я себе галочки ставила»


И вот мы идем к двухэтажному зданию из красного кирпича, которое выходит на улицу Цвиллинга. Здесь расположены мастерские, где делают костюмы для постановок. Коридоры заставлены большими коробками с нарядами, оставшимися от старых спектаклей.

В коридорах подсобных помещений стоят ящики, в которых хранятся костюмы от старых спектаклей

И первый цех, в который мы попадаем, — обувной. Здесь на полках стоят десятки колодок, строчат швейные машины, стучат молотки, лязгают ножницы — идет подготовка к «Балу-маскараду». Заведующая мастерской Светлана Ухова рассказывает, что к новой постановке они должны сделать почти 80 пар обуви.

В театре работает собственная обувная мастерская

— У нас работа начинается за несколько месяцев до премьеры, — объясняет она. — Как только приказ подписан, все артисты утверждены, начинаем работать: смотрим эскизы, составляем заявки, подбираем кожу под цвет костюмов, потом отрисовываем модели, делаем выкройки, шьем, затягиваем и даем готовой обуви отстояться.

К каждой премьере здесь шьют десятки пар

К каждому спектаклю в театре оперы и балета шьют новую коллекцию. Часто даже перед одной постановкой для ведущих артистов приходится делать несколько пар — под каждый костюм. На вопрос о том, нужно ли читать сюжет и знать героя, чтобы изготовить для него обувь, Светлана Ухова отвечает: это не так важно, главное — чтобы был эскиз.

Такой обуви в магазинах не найдешь
По городу на такой жесткой подошве ходить неудобно, а вот для сцены это в самый раз

— Я редко хожу в театр и редко смотрю спектакли, — признается заведующая мастерской. — Мне нужно, чтоб эскиз нарисовали — он делается для каждого актера индивидуально. Измеряются и пальчики, и подъемы, и косые проходы, и узкое место на ножке, и край. По его меркам строится работа.

У каждого артиста — своя колодка

Сколько времени уходит на пошив одной пары обуви, в цехе не засекали, но говорят, что за пару часов этого точно не сделаешь. Как минимум — обувь должна выстояться на колодках, ее нельзя снимать сразу.

Все сотрудники цеха — профессионалы с большим опытом

— Наверное, как у всех творческих людей, когда сидишь рисуешь, появляется вдохновение, настрой какой-то. Садишься и творишь, — делится Светлана Ухова. — На этот спектакль нам эскизы не рисовали. Художник не приехал в Челябинск, поэтому мы с ним общались по телефону. Он объяснял, какие сапоги надо, какой должен быть цвет, материал, отворот. Художник всё диктовал, а я себе галочки, пометочки ставила.

Часть обуви к «Балу-маскараду» уже готова
Спектакль покажут 2 октября

«Пришла и поняла, что я попала!»

В цехе по пошиву женской одежды услышав, что пришли журналисты, смеются:

— Вы лучше зайдите к нам перед премьерой! У нас в это время такой аврал!

— Почему? Артисты приходят, требуют, чтобы им что-то перешили? — интересуемся в ответ.

— Хотя бы дошили! — восклицают сотрудницы. — Бывает, не успеваем. Торопимся. Ну, иногда кому-то что-то где-то давит, жмет, приходится переделывать.

Театр оперы и балета — отдельное государство, и пошивочный цех — лишь малая его часть

К премьере им нужно сшить две сотни костюмов. На такой объем работы — всего 15 пар рук — вместе с красильщицей, цехом росписи и художницей.

Закройщик Татьяна пришла в театр больше трех лет назад — из ателье. Говорит, там стало скучно. А здесь работа — в удовольствие. Можно и задержаться допоздна, и выйти в выходной день.

В таком костюме на сцену выйдет Ульрика-гадалка

— А как вы сюда попали? — спрашиваем мы.

— Пришла и поняла, что я попала! Мне тут сразу понравилось, — улыбается Татьяна.

Специалист признается, что артисты в оперном требовательные, но не больше, чем заказчики в ателье.

— Сейчас вот балерина была у нас на примерке. Уже костюм готов, а чуть-чуть тут, чуть-чуть там надо подправить, вытачка не так сделана. Со сцены никто никогда не увидит, а артистке неудобно, ее полнит.

Работа над таким платьем занимает не один день

Костюмы для главных героев «Бала-маскарада» уже готовы. Наша команда просит сотрудников показать тот, который нравится им больше всего.

— Мы их тут все не любим! И устали очень от них, — отшучиваются женщины.

Как там говорится — театр начинается с вешалки?

Кстати, ткани для нарядов сотрудники тоже подбирают сами. Когда приходят эскизы, заведующая цехом садится в машину и отправляется по магазинам — искать подходящий материал.

— Мы и на прогоны, и на премьеру пойдем, — добавляют сотрудники. — Интересно ведь, как наши костюмы со сцены смотрятся!

На заднем плане — календарь, напоминающий о том, что все костюмы нужно успеть сделать вовремя

«Это мой спектакль!»

Но в цехе по пошиву одежды работа над костюмами не заканчивается. Последние штрихи добавляют в мастерской по росписи тканей. Здесь мы встречаем Римму Кириллову — старожила Челябинского театра оперы и балета.

Римма Николаевна в оперном со дня его открытия

— Я с самого открытия тут работаю! Мне 80 лет, девочки! — объявляет она. — Я на гастроли ездила всегда с театром. Мы полмира проехали. Где только не были! Интересно очень. У меня жизнь вот такая прошла — творческая!

Все мелкие детали на костюмах — ее рук дело

Римма Николаевна вспоминает, что, когда она еще училась в школе, их класс повели в драматический театр. Маленькая девочка посмотрела спектакль и решила: «Всё, я буду работать только в театре!». В итоге в 1955 году, когда она пришла в оперный, ей не смогли отказать.

— Там была драма, а здесь опера, потому что меня всегда к музыке тянуло, — рассказывает женщина. — У меня сестра преподавала в школе музыку, я с ней ходила на симфонические концерты.

Когда любишь свою работу, каждый день — праздник

Римма Николаевна и была администратором, и продавала билеты — соглашалась на любую работу, лишь бы поехать с театром на гастроли. В конце концов устроилась в цех росписи.

— А выставку видели на третьем этаже? Это моя выставка, — с гордостью произносит она. — Там костюмы со спектаклей, которые уже прошли, старые. Я реставрировала год их, чтобы показать. Но мне хотелось вспомнить всех художников, с кем я работала. Так много их приезжало!

Эту выставку Римма Кириллова сделала сама
В витринах на третьем этаже главного корпуса — больше десятка костюмов разных лет

Римма Николаевна, несмотря на возраст, работает каждый день — с утра и до вечера («Надо любить свое дело, тогда всё сможешь», — объясняет она). Говорит, раньше была шустрой, всё делала одна, сейчас стало посложнее — пришлось обзавестись помощницей.

Работа у художника-декоратора ювелирная

В цехе стоит костюм главного героя оперы «Жизнь за царя». Этот спектакль шел в театре с 2012 года, сейчас его восстанавливают: обновляют декорации и наряды.

Иконы и крест на рясу к одной из постановок в цехе пришивали сами

— «За царя» — это тоже мой спектакль! — сообщает Римма Николаевна. — Мы с режиссером оставались вечерами и вышивали. Иконы и ткани — настоящие все, церковные. Он сам выбирал. Ну, спектакль отличный! Вообще, когда начинаются репетиции — я уже бегаю, смотрю. «Вот этот костюм мне верните, я его переделаю». Потому что одно дело — сделаешь, а когда со сцены смотришь: «Ой-ой, надо еще что-то добавить».

А эти костюмы вы могли видеть, если были на спектакле «Руслан и Людмила»
Бисер, пайетки, кружева — всё это аккуратно хранится в коробках на полочках

При чем тут распятия Христа?

Мы перемещаемся в новое здание театра, возведенное в прошлом году (из-за этой стройки возбуждали уголовное дело, но потом оно было прекращено). Недавно сюда переехал цех по изготовлению декораций, который раньше ютился в одном из небольших помещений рядом с репетиционными залами в главном корпусе.

Ну и какой театр может обойтись без занавеса?

Художники с кисточками в руках работают над занавесом к «Балу-маскараду», расстеленном на полу. Мы шагами пытаемся измерить длину полотна — по нашим подсчетам, выходит больше 10 метров.

Декорации расписывают маленькими кисточками
На эту работу ушло уже больше месяца

Посреди мастерской на стене висит распятие Христа.

— Это от старого спектакля, — объясняет сотрудница цеха Юлия. — Нам его на реставрацию и покраску принесли, жалко было выкинуть — это же труд такой.

Добавьте еще золота!

Помещение мастерской фактически состоит из двух этажей. Здесь установлена металлическая лестница, которая ведет на смотровую площадку. Забравшись туда, художники оценивают декорации издалека.

По лестнице можно подняться на второй этаж
С высоты занавес выглядит совсем по-другому

«Если хотите проверить артиста балета, попросите его пройтись по сцене»

Прежде чем попасть в основное здание театра, мы проходим через дезинфицирующий пост. Сначала прибор замеряет нашу температуру (всё в норме) и несколько секунд подвергает нас санитарной обработке в специальной кабинке, где установлена система распыления сухого тумана.

Кабинка дезинфекции расположена на служебном входе, и все сотрудники послушно обрабатываются

Пока наша команда двигается по коридорам и отвечает на приветствия попадающихся навстречу людей (видимо, в театре принято со всеми здороваться), из-за закрытых дверей доносятся то звуки клавишных, то чье-то пение.

Театральный сезон еще не начался, поэтому в фойе пусто

На главной сцене репетируют последнюю сцену «Бала-маскарада». В ней задействованы около 40 артистов.

Догадайтесь по детали, к какому спектаклю здесь готовятся

— Почему тушка-то такая расслабленная? Ну, тушку-то наверх надо! — дает наставления хореограф. — Вытянетесь, тогда не будете падать.

Зрительный зал пока пуст

Репетиция идет уже несколько часов, но настроение, судя по вспышкам смеха, у всех задорное. Артистке, исполняющей главную роль, указывают, что для зрителей она должна изобразить состояние, которое называется «наклюкаться до чертиков».

По сценарию на балу в конце оперы главная героиня выпивает больше, чем положено

— Если хотите проверить артиста балета, попросите его пройтись по сцене — это очень хорошо выдает уровень, — говорит хореограф и просит одну и девушек продемонстрировать, как это нужно делать. Гордо подняв голову, танцовщица показывает пример.

— Очень красиво, — улыбаются артисты хора.

Артистов балета видно по осанке
Сначала на сцене репетирует основной состав, потом наступает очередь второго
Отрабатывается каждое движение

— Классическим танцем нужно заниматься хотя бы для того, чтобы понять собственное физическое несовершенство, — объявляет в ответ хореограф.

Репетиции идут под живую музыку, которая доносится из оркестровой ямы
Режиссер-постановщик Иркин Габитов дает указания

За процессом из зала следит режиссер Иркин Габитов. Проходя мимо, он бросает мужчине, устроившемуся в зрительском кресле:

— Паша, встал бы потанцевал! Телом владеть надо!

Кстати, знаете, как называется подставка для нот? Правильно — пюпитр!
Итак, следите за руками
Грация и легкость — то, что мы привыкли видеть на сцене
В перерывах можно ответить на сообщения поклонников
Артисты запаса пока отдыхают

Дальше мы заглядываем в репетиционный зал, где идет отработка одного из старых спектаклей. Девушка на пуантах исполняет несколько балетных па и, получив замечание («Нужно, чтобы руки были выше!»), возмущается:

— Почему я должна делать, если мне это не нравится?

Многочасовые репетиции — то, о чем мы забываем, когда смотрим на балерин из зрительного зала

Наша экскурсия заканчивается в театральной столовой. К часу дня здесь уже скапливается внушительная очередь. Перед кассой висит объявление: «Обслуживание и присутствие в театральных костюмах запрещено!». К своему удивлению, находим в меню и выпечку, и салаты с майонезом.

— А мы думали, у вас только диетические блюда, — признаемся сотруднице.

— Ну, у нас же не только артисты едят — каждый сам выбирает, что хочет, — отвечает она. — Балет всегда побольше белка, овощи берет, мучным редко там балуются.

Искусство искусством, а обед по расписанию

Пока мы идем к столику с тарелками в руках, мужчина громко желает всем приятного аппетита — прямо как в загородном лагере. Что ж, таковы театральные обычаи.

Уже на выходе мы встречаем Нажию, которая работает в оперном театре всего несколько дней. Девушка пришла сюда из молодежного. Говорит, что предложили зарплату повыше
Новая сотрудница вместе с коллегами готовит декорации к «Балу-маскараду». Вы же помните, что грандиозная премьера намечена на 2 октября? Большинство билетов уже раскуплены, но всё же еще есть шанс успеть
ПО ТЕМЕ
Лайк
LIKE0
Смех
HAPPY0
Удивление
SURPRISED0
Гнев
ANGRY0
Печаль
SAD0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Комментарии
0
Пока нет ни одного комментария.
Начните обсуждение первым!
Гость
войти
ТОП 5
Рекомендуем
Объявления