25 января вторник
СЕЙЧАС -12°С

Наталья Алистратова, директор конноспортивного комплекса «Рифей»: «Быть дочерью губернатора очень нелегко!»

Поделиться

Поделиться

Можно представить себе, как тяжело живетсяженщине, если ее отец – самый известный в области человек, муж – величина вбизнесе, сын – знаменитый на весь Челябинск спортсмен. Но Наталья Алистратова исама по себе – личность! Слабому человеку управлять такими норовистымиживотными, как кони, просто не дано. А у Натальи Петровны это получается слегкостью. Алистратова руководит крупнейшим конноспортивным комплексом, в ееподчинении люди и лошади. Лошадям, кстати, совершенно без разницы, чья тыдочка. Их всех нужно держать в узде! Когда – подстегнуть, а когда и погладить…

Как это у нееполучатся? Смотрите интервью!

– НатальяПетровна, как вы себя чувствуете в роли руководителя такого нового исовременного конноспортивного комплекса?

– Оченьнепросто. Ведь до этого я работала заместителем начальника управлениягосслужбы, всё равно надо мной еще был кто-то, кто мог принять определенноеконкретное решение и снимал с меня какую-то ответственность по определеннымвопросам. А здесь получается, что последнее решение всегда за мной.

– Чем какруководитель занимаетесь сейчас?

– Во-первых, мыеще не вошли полностью в эксплуатацию, поэтому сейчас по строительству огромноеколичество проблем. Вот их я и решаю. Потом тренерский состав, набор кадровидет до сих пор: переговоры, разговоры, рассматриваем кандидатуры, принимаемкакие-то решения.

– Сколькосейчас лошадей в вашем комплексе?

– У нас было 10лошадей, которые в свое время были подарены губернатору, он передал их в даркомплексу. И еще сейчас планируется докупить 20 лошадей. Всего у нас в школебудет 30 этих животных, все они будут специально обучены для работы с детьми.

– А в чемглавная задача конноспортивного комплекса «Рифей»?

– Главная задача– это поднять, развить детский спорт. Вторая задача – это развиватьсоревновательный процесс в нашем регионе, потому что у нас очень много частныхшкол, в принципе около 16. И теперь благодаря тому, что этот комплекс появился,есть возможность проводить региональные соревнования. То есть соседний опытприносить сюда, в нашу область, устанавливать взаимодействие с другимирегионами, просто между клубами, смотреть уровень других спортсменов, растисамим.

– НатальяПетровна, а вы сами когда последний раз на лошадь садились?

– Две неделиназад, нет, наверное, – три.

– А какая увас любимая лошадь?

– У меня однаона любимая – Сингар, наш победитель. Езжу на нем для себя, для поддержания,так сказать, имиджа.

– С какогомомента для вас начался конный спорт?

– Сколько я себяпомню, всегда любила лошадей и всегда старалась начиная с глубокого детства,если была такая возможность, прокатиться на лошади.

– Первый развы сели на лошадь где-нибудь в Верхней Санарке?

– Вы угадали,да, у меня даже фотография оттуда есть: я, бабушка и лошадь.

– Трудно бытьдочерью губернатора?

– Нелегко, я вамскажу. Нелегко, а куда деваться? Родителей не выбирают, он есть, он мой папа, яего люблю. В принципе, у нас с ним взаимоотношения не как с губернатором,иногда, правда, он на это обижается: «Что ты так со мной разговариваешь, я жегубернатор, а ты вот так себе позволяешь?» Бывает такое. (Улыбается.)

– Как вообщеПетр Иванович разрешил хрупкой юной дочери сесть на лошадь? Это же опасно…

– А он боится досих пор и всегда очень переживает. И когда я сказала, что занялась активно вотэтим, то есть езжу каждый день по часу, это его немножко разволновало: «Можетбыть, лучше не надо вот так вот уже? Может, лучше поберечь себя?»

– Я помню,когда открывали Ледовый дворец «Уральская молния», Петр Иванович вышел на площадкуна коньках. И я подумал, соответственно, когда будут ваш «Рифей» открывать, онвыскочит на лошади…

– Нет, вызнаете, ему хотели жеребенка в руки дать, но мы отказались от этой идеи, потомучто жеребенку около месяца должно было быть в это время, он уже родился в тот моментк открытию «Рифея», это было бы очень опасно. Ему хотели на руки принести,когда он услышал: «Вы представляете, какой активный жеребенок в этом возрасте?»

Сколькобюджетных денег вложено в ваш комплекс?

– Сейчас вложено420 миллионов, и все пока. К сожалению, остальное в связи с кризисом у насостановилось.

–Согласитесь, многие называют верховую езду неким элитным спортом, и есть немалонедоброжелателей, которые не раз повторяли: «Бюджетные деньги идут на то, чтобызолотая молодежь каталась на красивых лошадях». Как прокомментируете это?

– В принципе яне могу всех разубедить. Приходите к нам, увидите, что у нас тут занимается незолотая молодежь. В первую очередь, у нас детская школа, она у нас бесплатная.Чем больше детей получит возможность просто уйти с улицы, пообщаться с такимипрекрасными животными, как лошади, тем лучше. Поэтому у нас затраты дети ненесут, единственное – на экипировку на свою.

– Много детейсейчас у вас занимается?

– 120 человек,юные жители Кременкуля, близлежащих поселков и, конечно, Челябинска. Оченьмного из Челябинска перешло ребят из других частных школ сюда, те, кто ужезанимался не первый год, года 3-4 – спортсмены из других школ.

– Есть ливероятность, что в Челябинске появится новая Елена Петушкова?

– Вероятность всегдаесть, почему нет? Мы, конечно, хотим, мы к этому приложим все усилия.

– Чего выхотите добиться вот здесь вот, в своем бизнесе, в этом деле?

– Максимальныйрезультат – если здесь будет максимальное количество ребят, которые пришли икоторые не уйдут отсюда. 120 детей к нам пришли – это здорово! Но главное,чтобы они здесь остались, чтобы им здесь понравилось, чтобы они занимались лет10, чтобы они добились чего-то, полюбили бы этих животных, захотели с ними вдальнейшем общаться. Это важнее, чем олимпийское золото, наверное. Потому чтоне все становятся чемпионами, а хорошими людьми должны быть все, а в общении слошадью – это самое главное.

– НатальяПетровна, трудно быть красивой женщиной?

– Вот этовопросик! Я не знаю... Я как-то об этом не думала, честное слово. Я никогда несчитала себя красивой женщиной: обычный человек, поэтому так и относилась ксебе.

– Вам ведьдостаточно нелегко: у вас очень известный отец, очень известный сын и, вобщем-то, известный муж. Как вообще в такой ситуации жить?

– Ну живу же… Налице же у меня не написано, что у меня такая семья, правильно? По улице яспокойно хожу, никаких проблем не испытываю, в общении…ну не знаю, ну есть,наверно, какая-то ответственность и переживания определенные. Во-первых, тутсамое главное не то, что груз известности, а груз переживания за них, за этихизвестных людей больше.

Апочему вы Данилу записали в хоккей, а не в верховую езду?

– Мы вообщеДанилу записали сначала, как я помню, в каратэ. Потом оказалось, что это длянего совершенно неинтересно. Когда спросили, куда он хочет, а он сказал, что вхоккей.

– Но на коняпосадить сына не было желания?

– Данила оченьбоится лошадей, он сюда приходит и сахар не может дать лошади. Наверно, вхоккее не так страшно, как на лошади.

– Оцените впринципе ситуацию с развитием конного спорта в области? Каково будущее, каковыперспективы, что на сегодняшний день?

– В принципе,людей, которые занимаются конным спортом, на Южном Урале очень много. На первыесоревнования у нас заявилось спортсменов из Челябинска, из Челябинской области50 лошадей только, на каждую – один-два всадника. То есть около 100 детей ивзрослых. Это говорит о том, что очень много людей, которые этот спорт считаютсвоим. Каждый клуб периодически не просто занимается верховой ездой, а онипытаются совершенствоваться. В принципе, я считаю, что у нас конный спортразвивается и поднимается на какой-то новый уровень. И благодаря нашемукомплексу у Челябинской области появилась возможность развития кадровогосостава для этого вида спорта.

Чтоконкретно в вашем комплексе случится, допустим, в следующем году?

– У нас естьзаявка на международные соревнования. Но, к сожалению, кризис есть кризис, и мыне можем себе позволить за счет бюджета это сделать. Если найдем инвесторов, тохотелось бы, конечно. В принципе, для области это была бы значительная заявка,потому что планировалось участие в соревнованиях 8-9 стран.

– Возможно липоявление коммерческих заездов и тотализатора в вашем комплексе?

– Нет, у нас жене эта задача стоит. Здесь ставок не делают: здесь любовь к лошади,взаимоотношения человека с лошадью.

– А выкогда-нибудь с лошади падали?

– Пока нет,наверное, повезло. У меня пока не было такой лошади, которая бы меня скинула.Это сейчас вот Сингар, он молодой, дерзкий, так скажем, и от него все возможнождать. Просто, по большому счету, на спортивных лошадях я и не ездила. Вчастных клубах, когда ты приезжаешь покататься, тебе дают до такой степениспокойное животное, которое просто автоматически исполняет все, что ты хочешь.А вот такие лошади, как вот сейчас, да, они могут и взбрыкнуть. Сейчас, когдана галоп переходишь, говорят: «осторожней, вдруг козлика сделает». А как вотпочувствовать, что он «козлика сделает», как он будет группироваться? Мнекажется, я никогда в жизни не успею, если он «козлика сделает», я сразу улечу.Мне кажется, я не смогу, это не от умения, просто пока повезло.

Сколькоможет стоить самая дорогая лошадь?

– У нас насоревнованиях была лошадь, которая стоит семь миллионов, но это не самаядорогая из тех, которых имеет тот всадник, который приезжал сюда.

– А в «Рифее»дорогие лошади?

– Нет. Этоточно, у нас выделено было из бюджета на приобретение 20 лошадей три миллионарублей. И когда приезжали наши коллеги из Екатеринбурга («Белая лошадь», естьтакая спортивная школа), мы им озвучили эту цифру, они такие глаза большиесделали: «Ничего себе, мы за три миллиона одну хотим купить, а вы 20!»

Какаяу вас мечта?

– Я живусегодняшним днем, мне нужно, чтобы дела, намеченные на сегодня, реализовались,это уже хорошо. Есть планы, конечно, есть какие-то определенные волнения,заботы о своих детях. Но это опять же не мечта, а переживания, желания, чтобытак именно произошло с детьми, чтобы все было хорошо, спокойно.

Выпо натуре оптимист или пессимист?

– Пессимист –это оптимист, который много знает. Это, кстати, слова моего папы. Я говорю: «Тыпессимист?», а он: «Нет, я оптимист, который много знает, поэтому всегдаосторожен». Я не знаю, наверное, я оптимист, который еще немного знает, поэтомуболее веселый, чем пессимист.

– Не было желания,когда не хватает средств, обратиться к Петру Ивановичу и сказать: «Папа, дайденег»?

– Нет. Если длярешения каких-то задач необходимы дополнительные средства, то я должна их такобосновать, чтобы мне поверили, что это действительно так, и без этого у менябудут не реализованы планы, упущена выгода.

– Насколькожестко губернатор регулирует деятельность вашего комплекса?

– Очень жестко.Здесь даже вдвое больше контроль, чем за другими учреждениями, потому чтоименно я здесь работаю, есть определенные волнения, не дай бог, что-нибудь нетак. Я докладываю, наверно, каждые две недели о состоянии на комплексе передАндреем Косиловым. Дома я не обсуждаю эти вопросы, а вот докладываться АндреюНиколаевичу, который нас координирует в первую очередь, это обязательно.

НатальяПетровна, что бы вы хотели сказать родителям, которые еще сомневаются, отдаватьсвоих детей в конноспортивную школу или нет?

– Приходите,посмотрите и примите решение. Мне кажется, все, кто сюда приходил и общался сживотными, остались довольны, желание появилось заниматься.

оцените материал

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter