Все новости
Все новости

Ольга Фаткулина, серебряный призер Олимпийских игр в Сочи: «Ноги мне говорили: «Оль, ты с нами еще за 500-ку не рассчиталась»

Поделиться

Челябинка Ольга Фаткулина завоевала серебряную медаль сочинской Олимпиады 11 февраля. К тому времени медалей в копилке российской сборной было всего шесть, и серебро южноуральской конькобежки болельщики оценили на вес золота, несмотря на то, что сама Ольга была не очень довольна результатом. Какими видит спортсменка олимпийские баталии с позиции дня сегодняшнего? Готова ли сражаться за золото финала Кубка мира? Останется ли она в родном Челябинске? Об этом и многом другом мы говорили с гостем нашей редакции Ольгой Фаткулиной накануне ее отъезда на новые серьезные соревнования.

Скорее да, чем нет

– Ольга, вы принимали участие в Олимпийских играх в Ванкувере, поэтому есть с чем сравнивать?

– Совершенно разные впечатления. Честно говоря, сейчас уже забываю, что была в Ванкувере. Те игры проигрывают сочинской Олимпиаде, где получился грандиозный спортивный праздник. Чувствовалось единение болельщиков и спортсменов, какой-то особый азарт. Может быть, в Ванкувере это было сложно понять и почувствовать, потому что все площадки там были разбросаны, находились на приличном расстоянии друг от друга. И было трудно уловить этот общий олимпийский дух. Казалось, что все проходит как-то тихо, слишком спокойно и буднично. А в Сочи все было рядом, поэтому впечатляло огромное количество болельщиков.

– Есть такое понятие «дома и стены и помогают», вы на себе это почувствовали?

– Конечно. Этими стенами стали наши болельщики – потрясающая была поддержка! Известно, что наиболее популярен конькобежный спорт в Голландии, где на соревнованиях собирается огромное количество болельщиков, которым даже не важно, кого поддерживать. И вот впервые такое количество зрителей я увидела в России, все трибуны были заняты. Причем россияне все были с плакатами, с яркой атрибутикой. Флагов было много, даже на лицах был нарисован российский триколор. И как болели! Поддержка была на высшем уровне. И не важно – была у тебя победа или неудача.

– Это волновало?

– У меня уже на старте дух захватывало, я даже немного мандражировала – надо же оправдать такие надежды. И на дистанции в 500 метров это меня здорово поддержало – такой заряд энергии мне дала поддержка болельщиков! Спортсмена это всегда здорово питает, наполняет силой.

– Но, получив серебро, остались собой не очень довольны, хотя в Ванкувере вы были только 20-й?

– Недовольна, потому что на этот момент я была в лучшей форме: улучшила все свои личные результаты. После первой пятисотки почувствовала, что могу взять и золото. Уверенность во мне была. И когда вышла на вторую пятисотку, сделала еще небольшой шаг вперед от достигнутого. Я чувствовала, что если моя главная конкурентка допустит какую-то ошибку, я выйду вперед...

– Но серебро – это тоже замечательная победа.

– У спортсменов второе и четвертое места считаются не из приятных: второе место – это ты в шаге от первого; а четвертое – ты мимо пьедестала, деревянная медаль... Поэтому было немножко грустно. Я же к тому времени стала чемпионкой мира в забеге на 1000 метров, все на меня надеялись, все верили... Получилось, что я не оправдала этих надежд.

– Но еще все впереди, вы же решили принимать участие в следующей Олимпиаде?

– Скорее, да, чем нет.

Тряпка не понадобилась

– В первые дни всех огорчали какие-то негативные отклики по поводу организации быта спортсменов в Сочи, вы сталкивались с чем-то подобным: отсутствием душа в номере, например? Было ли комфортно?

– Когда мы приезжали в Сочи в декабре на чемпионат России, все были в шоке, что объекты не достроены. Поэтому перед поездкой на Олимпиаду шли такие разговоры: берите тряпку, придется номер после строителей отмывать. Потому что мы в олимпийскую деревню заселялись первыми. Я, конечно же, тряпку взять забыла, в самолете подумала: ладно, самую старую футболку возьму и помою все. Но никаких тряпок не понадобилось – все было готово. Поначалу просто было пусто в деревне, а потому немного неуютно. Но потом народ стал прибывать. Что касается уюта в номерах, то каждый создал уют сам. Единственное, чего не хватало, – телевизора в номере. Был общий на этаже, где мы все собирались, смотрели соревнования. Но потом я этот факт оценила со знаком плюс – зато мы чаще собирались вместе, были моменты общения, и это, как выяснилось, просто здорово. Все было хорошо – комфортно, уютно. Никто не жаловался.

– Удавалось погулять по олимпийскому городу, получить этот заряд всеобщего праздника?

– Конечно. Более всего поразило количество людей, я даже подумала, как они все разом смогут отсюда улететь потом? (Смеется.) Да, это было ощущение праздника. И не было впечатления, что кто-то постоянно наблюдает за порядком, за тем, чтобы, не дай бог, террористы не нарушили этой атмосферы. Конечно, был контроль на входе в деревню. Проверяли основательно. Но мы же все прекрасно понимали. Мне было абсолютно комфортно.

Важный мандраж

– Соревнования видели только по ТВ, не удалось посидеть на трибунах?

– Нет, я болела за девчонок-хоккеисток наших на трибуне, они сражались за пятое-шестое место. И стали шестыми. За наших девочек-конькобежек тоже болела на самих соревнованиях, когда они стали третьими. На большее времени, конечно же, не было. После соревнований день отдохнули, и все – начали заново тренироваться. Потому что сезон не завершился Олимпиадой, впереди – финал Кубка мира. Надо было работать.

– А церемонию открытия и закрытия смотрели с трибуны?

– Мне более всего в этой торжественной части Олимпиады понравился парад спортсменов: как мы выходили, как нас приветствовали. От этого шума на многочисленных трибунах дух захватывало, ноги подкашивались. Это был потрясающий старт для соревнований, тот мандраж, который нужен спортсмену как заряд. Не пожалела я, что смотрела с трибуны финал открытия Олимпиады, хотя мы не видели основной картины происходящего – все действо было обращено к трибунам с высокопоставленными гостями. Но я к этому была готова, в Ванкувере было то же самое. Обидно только, что в секции для спортсменов не был виден салют, говорят, он был просто потрясный. Зато мы видели всю подготовку к выступлениям: кто упал, кто затупил слегка... (Смеется.)

– Арена, на которой ваши соревнования проводились, останется спортивным сооружением после Олимпийских игр?

– Нет, в этом здании будет выставочный центр. Сохранят для спорта только одну арену – ту, где было открытие Олимпиады. Предполагается, что там будет футбольный стадион.

Все родное, все мое

– Вас сегодня устраивает тренировочная площадка ледового дворца «Уральская молния»?

– Вполне комфортная для тренировок ледовая арена. И для соревнований она хороша, просто ее готовят к этому, и «Уральская молния» становится несколько иной – праздничной, торжественной.

– Вам уже, наверное, 50 раз задали этот вопрос: останетесь ли вы в Челябинске, не переманивают ли вас в другие города?

– Пока никто такого не предлагал, думаю, и не будут предлагать, потому что всегда говорю, что я патриот, что люблю Челябинск, что мне здесь хорошо, что у меня есть все условия для тренировок и для жизни. 99%, что я никуда не уеду. Не говорю 100%, потому что в жизни все может случиться. Но по собственной воле уезжать из Челябинска я не хочу, здесь все родное, все мое.

Ольга Фаткулина и Лидия Скобликова

– Говоря о вас, всегда говорят множество хороших слов о вашем тренере.

– Светлана Михайловна – человек достаточно закрытый, не очень эмоциональный, она ничем не выдает своих переживаний никогда. Но я знаю другую Светлану Михайловну – заботливую и, конечно же, переживающую за меня. Она относится ко мне со все большей теплотой и заботой. Это не просто мой тренер, это мой родитель, воспитатель.

Олимпиада – это Новый год

– Вы отправляетесь на Кубок мира, какие задачи ставите для себя?

– В идеале хотелось бы выиграть этот здоровенный кубок, который дают победителю в финале Кубка мира. Он такой мощный, красивый. Я коллекционирую кубки. (Смеется.) И давно уже любуюсь этим кубком, очень хочется привезти его домой. Хотя бы один! По рейтингу я, конечно, близка к первому месту, но надо будет сильно постараться. А в общем хочется хорошо завершить этот сезон, всех поблагодарить, обнять, расцеловать... и наконец-то вернуться домой.

– Хочется отдохнуть, побыть одной и отоспаться?

– Да!!!

– Вы нормально относитесь к тому, что в эти дни вас все хотят обнять, приглашают на интервью?

– Я понимаю, что обязана это делать – люди хотят знать про Олимпиаду. Встречаюсь с детьми, которым хочется увидеть рядом Олю Фаткулину. А мне хочется, чтобы ребята пришли в спорт, хотели добиться успеха. Поэтому я готова встать пораньше и пойти на встречу с детьми или дать интервью. Мне хочется раскрутить конькобежный спорт, чтобы его любили так же, как в Голландии, чтобы все ходили болеть за наших конькобежцев, чтобы родители детей приводили на лед. Правда, друзья и родные на меня обижаются в эти дни, потому что у меня не хватает времени с ними встретиться. Многие ждут меня в гости. Но этих двух дней на все не хватит. Времени действительно нет.

– Как дети, которые занимаются конькобежным спортом, вас встречали?

– Глаза горели, когда рассказывала про медали и подарки, сколько подарили мне цветов. (Смеется.) Это же дети! Я прекрасно помню себя в их возрасте. Бесполезно говорить о том, что надо много работать. Поэтому я пыталась им объяснить, что для спортсмена Олимпиада – это Новый год, самый главный праздник в году.

– Кстати, вы рады, что в подарок получили «Мерседес»?

– Даже не знаю. (Смеется.) Красивая, конечно, машина. Но дорогая в обслуживании. Теперь забота, как пригнать автомобиль в Челябинск. Даже думать пока об этом не могу – впереди соревнования.

– А «Тойотой» своей довольны?

– Очень! И мне пока не хочется расставаться с ней.

Ни капли эмоций

– Ольга, всегда говорят, что в спорте есть спринтеры и таланты для длинных дистанций. Что вам ближе?

– Одинаково. Правда, на Олимпиаде, когда на тысяче стояла, ноги мне говорили: «Оль, ты с нами еще за 500-ку не рассчиталась...» (Смеется.)

– Тысяча далась труднее?

– Нет, напротив, по ощущениям в мышцах – легче. Я на 500 метрах так выложилась, что потом даже говорить с журналистами не могла, улыбаться не могла – на всех фотографиях лицо такое грустное... (Смеется.) Меня все спрашивали: «Что вы чувствуете?» А я ничего не могла сказать. Мне самой было неприятно, что я стояла как зомби и не могла выдать ни капли эмоций. А потом уснуть не могла до пяти утра, никогда в жизни так ноги не ныли. Обычно такое бывает после длинных дистанций.

Фото: Фото Евгения ЕМЕЛЬДИНОВА

  • ЛАЙК0
  • СМЕХ0
  • УДИВЛЕНИЕ0
  • ГНЕВ0
  • ПЕЧАЛЬ0
Увидели опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter