«Я не хотел жить»: контрактник из Челябинска, сбежавший из части в Приморском крае, рассказал о дедовщине

Больше месяца Александр Татаренко числился в розыске после того, как ушёл из воинской части в Приморском крае. Только в августе молодой человек решился позвонить родителям, и те привезли его домой. Весь понедельник, 17 августа, Александр и его семья провели на допросах в Челябинске.

— Приехали в военную комендатуру, зашли в отдел дознания. Я написал явку с повинной, заявление, объяснения, — рассказал 74.RU Александр Татаренко. — Выслушали, нормально приняли. Никто ничем не запугивал. Но начали звонить из части, из Приморского края, узнавать конкретно, что я пишу, на кого я пишу. Им сказали: «Как только официальная бумага придёт от вас, мы вам официально ответим, расскажем».

По словам молодого человека, с дедовщиной и вымогательством он столкнулся только после подписания контракта.

— Я подписал контракт 8 апреля 2020 года. Может, где-то месяц-полтора всё было нормально, — рассказал Александр. — Потом в начале июня я поехал на полигон с рабочей командой, пошёл в лес за дровами. Ничего необычного, это полигон, отапливаемые модули на ночь. За мной пошли двое сослуживцев, избили и вымогали деньги — по 12,5 тысячи каждый. Раз в месяц 10-го зарплата приходит, и 10-го вечером я им должен скинуть [нужную сумму]. Они объяснили это тем, что я сильно обнаглел и мало работал. Но это просто чтобы наехать. Я же молодой контрактник, с меня же можно поиметь. И я не первый.

Деньги сослуживцы вымогали вдвоём, и противостоять им было трудно, признался парень — один из обидчиков занимался смешанными единоборствами.

— Они срочники были. Они на дембель собирались и решили, что можно денег поиметь, — рассказал 74.RU челябинский контрактник. — Если ты отказываешься, тебя бьют. Не заплатил, тебя снова бьют. Бесконечная цепочка, уже отработанная, и командиры якобы ничего не знают, не видят.

Александр рассказывает, что пытался обратиться за помощью к командованию, но поддержки не получил.

— Я уже уезжал из части, но меня потом привезли обратно. Когда я объяснил причину своей неявки на службу, капитан сказал: «Тебя ждут по твоему делу в военной полиции, которая находится при части». Я прихожу в военную полицию, мне говорят: «По тебе никто ничего не знает, подходи в 5 часов вечера». Я подхожу в пять часов вечера, там всё равно так же: «По тебе никто ничего не знает». Соответственно, я сделал вывод, что ждать помощи ни от военной полиции, ни от нашего капитана, ни от вышестоящих, ни от нижестоящих [командиров] толку нет, — пояснил Александр Татаренко. — Капитан послал меня к дознавателю в военную полицию, а сам закрыл глаза. А родителям моим говорил, когда они всё выяснили, что я к нему не подходил, не обращался, никаких заявлений писать не хотел.

Какое-то время справиться парень пытался самостоятельно, но в итоге решил уйти из части.

— Смысл жизни был потерян. Я уже не хотел жить и не видел смысла что-то делать дальше, — признался Александр.

В беспамятстве его нашли под мостом прохожие, приютили. У них он жил и работал, пока не пришёл в себя и не решил, что будет делать дальше.

— 3-го числа я отзвонился родителям, и папа 6-го числа уже был в Уссурийске. Мы на попутном транспорте, автостопом добирались до Челябинска 10 дней. У меня документы в части [остались], мне бы даже билеты не продали, — уточнил Александр Татаренко. — Я хотел уже выйти в Уссурийске и в военную полицию, прокуратуру пойти. Но родители решили привезти меня в Челябинск и решать уже тут.

После явки с повинной парня отпустили домой, но только на одну ночь. Уже завтра утром он должен будет приехать к военным. Пока идёт следствие, его разместят на территории бывшего автомобильного училища. Допросили сегодня и родителей Александра.

— Я сына за эти полтора месяца видела и мёртвым, и всяким. Я натерпелась такого, что страх просто пропал! — призналась мама контрактника Елена Акимочкина. — Там было столько слёз, столько всего, я не знаю, как это описать. А теперь я Сашке говорю: «Ты не боишься?» А он, видимо, тоже страх потерял, когда прошёл через это, когда валялся, когда подыхал. Ему уже тоже терять нечего. И срок за это не хочется получать, но этих ублюдков показать надо. Мы будем доказывать своё. Пусть они что хотят, то и делают. Я знаю, что там это практикуется, это часть такая.

В июне в отношении солдата возбудили уголовное дело о самовольном оставлении места службы, а военные очень скупо комментировали ситуацию. Накануне исчезновения Александр отправил логин и пароль от аккаунта во «ВКонтакте» друзьям, где оставил сообщение о том, что его нет в живых.