18 октября пятница
СЕЙЧАС +2°С

«Это всех задело»: как актёр из Челябинска запустил флешмоб в поддержку осуждённого Павла Устинова

Александр Паль — о судебной системе, произволе силовиков и реакции администрации президента

Поделиться

Александр Паль запустил флешмоб в поддержку коллеги Павла Устинова, а 18 сентября принял участие в одиночном пикете

Александр Паль запустил флешмоб в поддержку коллеги Павла Устинова, а 18 сентября принял участие в одиночном пикете

Уроженец Челябинска, лауреат премии «Светлое прошлое» Александр Паль запустил флешмоб в поддержку Павла Устинова — актёра, приговорённого к трём с половиной годам колонии после травмы росгвардейца во время протестов в Москве 3 августа. На акцию нашего земляка откликнулось множество знаменитых россиян, отреагировали и в Кремле. Созданную им на Change.org петицию о прекращении этого уголовного дела подписали больше 100 тысяч человек, а 18 сентября артист наряду ещё с сотнями людей принял участие в одиночном пикете и дал интервью «Медузе». Приводим его текст полностью.

— Как вы узнали о деле Павла Устинова?

— Стыдно сказать, но о деле я узнал в день, когда ему вынесли приговор. Я работал и как-то отвлёкся от новостей. Даже не знал, что нашего коллегу повязали, что он проходит по «московскому делу». Узнал обо всём из новости о приговоре у вас на сайте.

— При этом вы сами не знакомы с ним?

— Думаю, что многие из тех, кто его поддерживают, лично с ним не знакомы. Мои друзья точно не знакомы. Я тоже не был знаком, только через одно рукопожатие — то есть знаю ребят, которые с ним учились вместе.

— Ещё до приговора Павла Устинова поддерживал Константин Райкин. Не видели его заявлений?

— Не видел. Увидел их тоже в день приговора, когда сам был на съёмке.

— Как думаете, почему его слова не вызвали такой реакции, как сейчас?

— Трудно сказать. Я не знаю. Может быть, тогда ещё была надежда, что Павла не осудят.

— Вас, как и Павла Устинова, задержали на акции 3 августа. Как в тот день вели себя силовики?

— Совершенно по-разному в разных местах. Где-то крутили жёстко, я видел это. Нас с друзьями взяли очень тактично: сжали в кольцо и предложили пройти. Я сказал, что сам дойду [до автозака]. Силового применения не было.

В разных отделениях [полицейские] тоже вели себя по-разному. Нас с друзьями на акции было шестеро, и нас забрали в три отделения. Сотрудники там вели себя по-разному. У друзей в ОВД даже угрожали задержанным физической расправой.

— Как пришла идея флешмоба в поддержку Павла Устинова?

— Сначала я выложил пост в Facebook. Спросил, что делать и как быть. Один из товарищей предложил организовать флешмоб. Мне показалось, что это классная идея, показалось классным обратиться к коллегам, которые тоже прекрасно понимают, что взяли коллегу и, на наш взгляд, неправомерно приписали срок. Ведь человек не совершал того, в чём его обвиняют. Я позвонил нескольким друзьям-актёрам и спросил, поддержат ли они эту историю, если я их отмечу в посте. После этого и записал видео.

— Друзья, которым вы позвонили, были уже в курсе дела Устинова?

— Да, естественно. Они были в курсе ситуации. Это были Никита Ефремов, Никита Кукушкин, Саша Молочников и Гриша Добрыгин.

— Ожидали, что флешмоб настолько далеко выйдет за пределы круга ваших друзей?

— Знаете, нет. Я даже не думал об этом и не ожидал, что оно так пойдет-пойдёт. Ведь через некоторое время друзья ещё создали общую группу [в соцсетях], и все стали там общаться. На тот момент уже стало понятно, что это всех задело, все не могут молчать.

— Артистов так задело, потому что осудили коллегу?

— Безусловно. Очень многие люди далеки от политики и митингов. Наверняка они даже не предполагают, как всё это бывает, когда ты ничего не можешь доказать в суде. А тут они увидели, что их коллегу осудили. Они стали смотреть видео [задержания], говорить друг с другом. Многие поняли, что на самом деле это какое-то беспрецедентное задержание, и стали интересоваться другими делами. Но поспособствовало этому то, что осудили их коллегу.

— Актеров, которые сейчас заинтересовались политикой, шокирует, что в России такое происходит?

— Практически все, с кем я общался, понимают, что это страх и ужас. Кто-то боится, кто-то говорит, что это полный (далее — матерное слово. — Прим. ред.).

— Были те, кто усомнился в невиновности Устинова?

— Думаю, что такие, конечно, есть, они есть всегда. Но я таких не встречал. Все, с кем я общался на съёмке, в группе [в соцсети] или с друзьями я созванивался, одинаково реагируют на эту новость: с возмущением. Я не встретил ни одного человека, который сказал, что нужно проверить [невиновность] и ещё посмотреть [на ситуацию]. Кто-то говорил, что на видео видно, что он пытается убежать, но все понимают, что это было инстинктивное решение парня в ситуации, когда на него летят четыре человека в касках. Ведь видно, что он не ожидал такого и просто стоял с телефоном. Он просто стоял и не собирался ничего делать: ни кричать, ничего.

— Некоторые пеняют актёрам на то, что они вступились только за актёра. Как вы к этому относитесь?

— Я могу понять людей, которые это говорят. Конечно, всем нам естественно вступиться за близкого человека. Мне кажется, в этом нет ничего плохого. Это даже здорово, что люди почувствовали сплочённость в ситуации, когда не по закону тронули их коллектив. Думаю, что это как раз и заставило посмотреть на «московское дело» в целом.

— Акция поддержки распространится на других фигурантов?

— Я надеюсь, что да. У нас уже есть один плакат «Я/Мы вся страна», который сделала Саша Бортич. Надеюсь, что это будет правильно считываться. То, что все политзаключённые, которые сейчас сидят, как и Паша Устинов, заслуживают рассмотрения дела заново. Честно говоря, я сам был не очень в курсе дел. Я знал, что идут дела, но не знал о приговорах. Сейчас уже знаю.

— Сегодня актёры вышли на пикеты к администрации президента. Почему именно туда?

— Не знаю. Почему-то мы коллегиально решили, что это правильное место для акции. Может быть, кто-то сказал, что за [корреспондента отдела расследований «Медузы» Ивана] Голунова [когда против него было сфальсифицировано дело о наркотиках] туда выходили с одиночными пикетами. Ну а одиночные пикеты — потому что это, возможно, единственный законный метод заявить о себе.

— Сотрудники администрации президента как-то отреагировали на акцию?

— Не особо. Сначала из администрации вышла женщина проверить документы. Потом появились полицейские. В целом стоят смотрят со стороны.

— Планируете какие-то дальнейшие акции?

— Не то чтобы. Да, есть чат, но больше акций мы пока не планируем. Сначала была задача, чтобы люди записали видео и сказали, что они думают. Потом появилась идея пикетов. Пока это наше всё. Не знаю, как будет дальше.

— Такая общественная поддержка может сработать?

— Думаю, что да. Иначе бы мы сюда не пришли. Это хоть какой-то шанс, что нас услышат и увидят. Я надеюсь. И все ребята тоже, видимо, надеются.

— Вы сами этим летом оказались в отдаленно похожей ситуации — после задержания на акции 3 августа вас отпустили только после звонка полицейским из администрации президента.

— Да, но я не знаю, что это было на самом деле — администрация президента или нет. Но представились они так.

— Как вы относитесь к ситуации, когда всё решается по звонку, а не через законные механизмы?

— Это дико, конечно. Я даже не сразу сообразил, что произошло. Я только потом сообразил, что произошло дичайшее событие, меня выпустили просто по звонку, не составив протокола. Мне потом многие говорили: «Да ладно тебе, позвонили и заступились». Но это дико. Мне через несколько дней говорили, что на мою старую квартиру приходили какие-то люди и искали меня. Пока так и не нашли.

— В условиях, когда через суд нельзя добиться справедливости, нужно пользоваться такими механизмами? Например, личными знакомствами с людьми из власти.

— Я не знаю. Дело в том, что я не знаю никого из политиков и этих структур. Я таким никогда не пользовался. Мне кажется, это не имеет смысла. Бывают разные ситуации, но я пока не попадал в ситуации, когда мне захотелось бы пользоваться связями. Да у меня их и нет.

— Я спрашиваю об этом, потому что очевидно: если Павла отпустят, то это будет в том числе политическое решение. То есть, как и в деле Голунова, люди, чтобы просто добиться справедливости, должны выходить на улицы и, возможно, вести какие-то переговоры.

— Конечно, меня это смущает. Смущает, потому что наша судебная система и то, что творят силовики, — это просто беззаконие. Ведь те люди, которые давали показания на суде Павла Устинова, лжесвидетельствуют. Также лжесвидетельствуют и другие сотрудники полиции и Росгвардии. Мои друзья, которых штрафовали за акцию, говорили, что всегда на суде был сотрудник, который рассказывал, что они кричали то-то и делали то-то. Хотя мои друзья ничего не кричали. Я сам там был и точно знаю. Это же лжесвидетельство.

Меня смущает то, что мы хотим нормального честного суда, а нам приходится выходить на улицы и говорить об этом.

Видео: RASSLEDOVATEL / youtube.com

— Как вам кажется актёрское и режиссерское сообщество политизируется на фоне дел Павла Устинова, Кирилла Серебренникова и других похожих случаев? Или когда удается отбить своего, актёры забывают о политике?

— Трудно сказать. Если бы мы с вами поговорили через несколько лет, я бы мог вам сказать. Но, наверно, происходит вынужденная политизация. Думаю, мало кто из актёров хочет выходить на митинги. Не хотелось бы, но люди вынуждены выходить и защищать своих. Отстаивать то, с чем должны были разобраться в суде.

— Если дело в отношении Устинова прекратят, вы сами будете продолжать отслеживать «московское дело» и что-то делать?

— Не могу обещать. Наверно, буду отслеживать. Но отслеживать и действовать — разные вещи. Я не могу сказать, что полезу на баррикады или ещё что-то. Кто знает, как я буду действовать дальше.

— Вы не связывались с семьёй Павла?

— Нет. Единственное — я звонил адвокату и спрашивал, когда будет апелляция. Пока это не ясно. Думаю, что я приду в суд. Если у меня не будет в этот день работы — я по профессии зависимый человек и не могу подставить своих коллег.

— Не совсем корректно это спрашивать, но как вам кажется, освобождения Павла удастся добиться?

— Да, это не совсем корректный вопрос. Я не знаю на него ответа. Могу только сказать о своём желании. Но оно и так очевидно.

16 сентября 2019 года Тверской суд Москвы приговорил Павла Устинова к трем с половиной годам колонии общего режима за применение насилия к росгвардейцу в центре столицы 3 августа. Согласно материалам дела, на Пушкинской площади старший сержант Александр Лягин задержал актёра, «нарушавшего общественный порядок и являющегося активным участником массовых беспорядков». Указывалось, что артист сопротивлялся, из-за чего омоновец получил вывих плеча, после чего провёл в больнице 20 дней, напоминает «РИА Новости». Подсудимый вину не признал. На записи задержания фигуранта дела видно, что он не принимает никакого участия в протестной акции и просто стоит с телефоном в руке возле станции метро. 

— По сути юридически безусловно администрация президента в данном случае не является адресатом для подобных воззваний, потому что, еще раз повторяю, ни президент, ни администрация президента не должны и не могут оказывать какое-либо влияние на суд, — прокомментировал «РИА Новости» сегодняшнюю акцию в поддержку Павла Устинова пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков.

Участвовали в акциях протеста и столкнулись с беззаконием со стороны силовиков? Ждём от вас сообщений, фото и видео на почту редакции, в наши группы «ВКонтакте», и Facebook, а также в WhatsApp или Viber по номеру +7–93–23–0000–74. Телефон службы новостей 7–0000–74. 

Поделиться

Поделиться

Увидели опечатку?
Выделите фрагмент и нажмите Ctrl+Enter
Гость
18 сен 2019 в 18:34

Поколение бездельников с плакатиками.

Гость
18 сен 2019 в 18:47

На самом деле, все эти бузотеры, кроме как побузить ничего больше не умеют. Соответственно для страны никакой пользы не представляют, скорее наоборот.

Гость
18 сен 2019 в 18:40

Молодцы, нельзя молчать!